Святые отцы об ошибках

Мудрый архимандрит Андрей (Конанос) продолжает разговор о решении проблем и поиске верного выбора.

свя­щен­ник Дмит­рий Мои­сеев

В совре­мен­ном бого­сло­вии, к сожа­ле­нию, все силь­нее наме­ча­ется тен­ден­ция воз­рож­дать к жизни неко­то­рые бого­слов­ские мнения, кото­рые хотя и выска­зы­ва­лись отдель­ными Свя­тыми отцами, но тем не менее не были при­няты Цер­ко­вью. В оправ­да­ние такому под­ходу при­во­дится като­ли­че­ская теория о так назы­ва­е­мых тео­ло­гу­ме­нах (част­ных бого­слов­ских мне­ниях), согласно кото­рой имеет право на жизнь любое утвер­жде­ние, если только оно было выска­зано святым. Раз этого утвер­жде­ния при­дер­жи­вался чело­век святой, то оно явля­ется лишь его част­ным взгля­дом, но никак не ошиб­кой, и любой хри­сти­а­нин имеет право его раз­де­лять. С другой сто­роны, неко­то­рые веру­ю­щие счи­тают кощун­ствен­ной даже саму мысль о воз­мож­но­сти ошибок в свя­то­оте­че­ских тво­ре­ниях. Поэтому нелишне будет узнать отно­ше­ние Церкви и самих отцов к этому вопросу.

Наи­бо­лее четко отно­ше­ние Церкви к этой про­блеме выра­зил преп. Вар­со­ну­фий Вели­кий, отве­чая на вопрос одного из мона­хов своей оби­тели, задан­ный по поводу отдель­ных аспек­тов учения свт. Гри­го­рия Нис­ского. Сам пре­по­доб­ный при этом откры­вает и под­чер­ки­вает, что гово­рит по осо­бому откро­ве­нию, полу­чен­ному им от Бога. Это застав­ляет исклю­чить в данном случае воз­мож­ность ошибки. Итак, давайте обра­тимся к книге «Пре­по­доб­ных отцев Вар­са­ну­фия Вели­каго и Иоанна руко­вод­ство к духов­ной жизни в отве­тах на вопро­ше­ния уче­ни­ков»:

Вопрос 610. …Св. Гри­го­рий Нис­ский… гово­рит, что муче­ние будет смяг­чено и окон­чится. Итак, скажи, Отец мой, почему такой чело­век не гово­рит спра­вед­ливо, как при­лично было бы мужу Свя­тому, спо­до­бив­ше­муся бесе­до­вать по вну­ше­нию Духа Свя­таго. Также и о рае неко­то­рые Отцы и учи­тели несо­гласны между собою… И в других главах Писа­ния можно найти неко­то­рое раз­но­гла­сие. Просим тебя, Вла­дыко, объ­ясни нам сие…

Ответ Вар­са­ну­фия. …Итак послу­шайте, что Бог открыл мне, за три дня до того, как вы напи­сали мне свой вопрос… Не думайте, чтобы люди, хотя и святые, могли совер­шенно постиг­нуть все глу­бины Божии; ибо Апо­стол гово­рит: отча­сти разу­ме­ваем и отча­сти про­ро­че­ствуем (1Кор.13:9)… Святые, сде­лав­шись учи­те­лями, или сами собою, или при­нуж­да­е­мые к тому дру­гими людьми, весьма пре­успели, пре­взо­шли своих учи­те­лей и, полу­чив утвер­жде­ние свыше, изло­жили новое учение, но вместе с тем сохра­нили и то, что при­няли от преж­них учи­те­лей своих, т.е. учение непра­вое. Пре­успев впо­след­ствии и сде­лав­шись учи­те­лями духов­ными, они не помо­ли­лись Богу, чтобы Он открыл им отно­си­тельно первых их учи­те­лей: Духом ли Святым вну­шено было то, что они им пре­по­дали, но, почи­тая их пре­муд­рыми и разум­ными, не иссле­до­вали их слов; и таким обра­зом мнения учи­те­лей их пере­ме­ша­лись с их соб­ствен­ным уче­нием, и Святые сии гово­рили иногда то, чему научи­лись от своих учи­те­лей, иногда же то, что здраво пости­гали соб­ствен­ным умом; впо­след­ствии же и те и другие слова при­пи­саны были им. При­ни­мая от других, пре­успев и сде­лав­шись луч­шими, Святые Духом Святым гово­рили то, что вве­ря­лось им с утвер­жде­нием от Него; гово­рили и то, что им было пре­по­дано преж­ними учи­те­лями их, не иссле­ды­вая слов их, тогда как им должно было иссле­до­вать оные, и через молитву к Богу и вопро­ше­ния про­све­щен­ных Духом удо­сто­ве­риться, спра­вед­ливы ли они. Таким обра­зом пере­ме­ша­лись учения, и все, что гово­рили сии Святые мужи, их имени при­пи­сы­ва­лось. Итак, когда слы­шишь, что кто-либо из них гово­рит о себе, что он от Духа Свя­таго слы­шан­ное пове­дает, то сие несо­мненно, и мы должны тому верить. Если же Святый муж и гово­рит о выше­упо­мя­ну­тых мне­ниях, то не най­дешь, чтобы он под­твер­ждал слова свои, как бы имел утвер­жде­ние свыше, но они про­ис­текли из учения преж­них его учи­те­лей, и он, дове­ряя знанию и пре­муд­ро­сти их, не вопро­шал Бога, истинно ли сие…

Вопрос 611. …Почему Бог попу­стил таким мужам иметь непра­виль­ные мнения, хотя они не про­сили о сем разу­ме­нии; но почему не дано оно им туне для отвра­ще­ния вреда, кото­рый могут полу­чить впо­след­ствии чита­ю­щие? – Ибо хотя они сами и не пре­ткну­лись ни в правой вере, ни в доб­ро­де­тели, но подоб­ные мне, слабые и нера­ди­вые, веря им несо­мненно, легко могут полу­чить чрез то вред, в неве­де­нии ска­зан­ного вами, что и Святые не могли постиг­нуть всех таинств и что они не помо­ли­лись Богу об удо­сто­ве­ре­нии, спра­вед­ливы ли оныя мнения, или нет…

Ответ: Бог не оста­вил таких мужей в заблуж­де­нии, потому что тот остав­ляет дру­гого в заблуж­де­нии, кого спра­ши­вают о пути, но он не гово­рит истины. Святые же не вопро­шали Бога о сем, чтобы узнать от Него истину. Если же гово­ришь, почему Бог бла­го­да­тию Своею не вос­пре­пят­ство­вал им в том для пользы других, кото­рые впо­след­ствии будут читать их писа­ния, то можешь ска­зать и о всяком греш­нике: почему Бог не вос­пре­пят­ство­вал ему Своею бла­го­да­тью, когда знал, что он гре­хами своими соблаз­нит многих, и многие полу­чат через него вред. В таком случае и жизнь чело­ве­че­ская будет уже не сво­бод­ная, но под­вер­жен­ная наси­лию. И кто может вос­пре­пят­ство­вать Богу спасти таким обра­зом вся­кого чело­века? Что же, разве в Писа­нии не нахо­дятся такие изре­че­ния, о кото­рые пре­ты­ка­ются неве­да­ю­щие и нера­зу­ме­ю­щие духов­ного смысла Писа­ния? Итак, должны ли мы ска­зать, почему Бог не открыл всем духов­ного смысла Писа­ния, чтобы люди не полу­чали вреда, но предо­ста­вил Святым, бывшим в раз­лич­ные вре­мена, труд изъ­яс­нить нужное? Для того-то и поста­нов­лены учи­теля и истол­ко­ва­тели, как гово­рит Апо­стол (1Кор.12:28; 30)… Как Гос­подь явил нам путь жизни через Про­ро­ков и Апо­сто­лов, хотя каждый из них гово­рил частно, и Бог не вещал исклю­чи­тельно чрез одного из них, а остав­лен­ное одним по воле Божией ска­зано другим, так творил Бог и со Свя­тыми, после них быв­шими: о чем одни гово­рят сомни­тельно, то истол­ко­вы­вают сле­ду­ю­щие за ними, чтобы Бог всегда про­слав­лялся чрез Святых Своих».

Подоб­ное отно­ше­ние к этому вопросу мы нахо­дим и у других св. отцов. Так,преп. Иоанн Кас­сиан Рим­ля­нин, говоря о книгах бл.Августина, заме­чает: «Даже у весьма ученых мужей есть то, что можно рас­смат­ри­вать, под­вер­гая сомне­нию» (цит. по Иером. Сера­фим (Роуз). Вкус истин­ного пра­во­сла­вия. М., 1995, стр. 31).

Святой пат­ри­арх Фотий также дает пра­во­слав­ную оценку оши­боч­ным мне­ниям, встре­ча­ю­щимся у святых отцов: «Мало ли было затруд­ни­тель­ных поло­же­ний, кото­рые вынуж­дали многих Отцов частью выра­жаться не точно, частью гово­рить по при­ме­не­нию к обсто­я­тель­ствам при напа­де­нии врагов, а иное и по чело­ве­че­скому неве­де­нию, кото­рому под­па­дали и они? Если иные и гово­рили не точно, или по неиз­вест­ной для нас при­чине даже укло­ни­лись от пря­мого пути, но иссле­до­ва­ний не было и никто не вызы­вал их к дозна­нию истины, – мы остав­ляем их в числе отцов, точно также, как бы они и не гово­рили того, частью за зна­ме­ни­тость их жизни и славу доб­ро­де­те­лей, частью за непо­роч­ность веры их в прочих отно­ше­ниях; но не сле­дуем тем словам их, где погре­шили они» (Цит. по Архиеп. Фила­рет (Гуми­лев­ский). Исто­ри­че­ское учение об отцах Церкви, Св.-Троицкая Сер­ги­ева Лавра, 1996, т.3, стр. 334).

Сам Бла­жен­ный Авгу­стин, кото­рый, несмотря на испо­ве­да­ние им ряда непри­ем­ле­мых для пра­во­слав­ного созна­ния идей, тем не менее без­условно при­над­ле­жит к лику святых (его память празд­ну­ется 15 июня ст. ст.), в заклю­че­ние своей книги «О Троице» писал: «Гос­поди, Боже Единый, Боже Троице, то, что я сказал в этой книге от Тебя, пусть это будет при­нято как Твое; если же что-то я сказал от себя, то да про­стишь меня Ты, и те, кто Твои» (Иером. Сера­фим (Роуз), цит. соч., стр. 39).

Святой Марк Эфес­ский, говоря во «Втором слове об очи­сти­тель­ном огне» по поводу тех ошибок, кото­рые име­ются в учении свт. Гри­го­рия Нис­ского, отме­чает: «Боль­шая раз­ница между ска­зан­ным в кано­ни­че­ских писа­ниях и пре­да­нии Церкви, и тем, что было отдель­ным из учи­те­лей част­ным обра­зом напи­сано или даже уче­нием его; так – пер­вому, как пре­дан­ному Богом, мы должны веро­вать…, а вто­рому – мы не должны без­условно веро­вать или при­ни­мать без иссле­до­ва­ния. Ибо воз­можно, что кто-нибудь и учи­те­лем явля­ется, а все же не все гово­рит совер­шенно пра­вильно. Ибо какая нужда была бы отцам во Все­лен­ских Собо­рах, если бы каждый из них не мог ни в чем отсту­пить от истины. В этом, в извест­ной мере, поскольз­ну­лись Дио­ни­сий, епи­скоп Алек­сан­дрий­ский и Гри­го­рий Чудо­тво­рец; хотя один из них понес муче­ни­че­ский венец, а дру­гого самое наиме­но­ва­ние довлеет для хвалы» (Архим. Амвро­сий (Пого­дин), Святой Марк Эфес­ский и Фло­рен­тий­ская Уния. «Сирин», 1994, стр. 128).

Свя­ти­тель Васи­лий Вели­кий гово­рит о сщмч. Дио­ни­сии Алек­сан­дрий­ском (память 5 октября ст. ст.) так: «Я не вос­хи­ща­юсь всем тем, что напи­сано сим мужем; а есть нечто, что и совер­шенно не одоб­ряю. Ибо, быть может, это был он,… кто первый дал семена … нече­стию ано­мей­скому. При­чина же сего, думаю, не дурная направ­лен­ность души, но – горя­чее жела­ние про­ти­во­стать Савел­лию» (Архим. Амвро­сий (Пого­дин), указ. соч., стр. 128).

Более того, оши­ба­лись даже Соборы, чьи реше­ния при­знаны кано­ни­че­скими. Так, напри­мер, 16‑е пра­вило Шестого Все­лен­ского Собора исправ­ляет ошибку, допу­щен­ную в 15‑м пра­виле Свя­того Помест­ного Неоке­са­рий­ского Собора. отцы Неоке­са­рий­ского Собора поста­но­вили, что в любом, даже очень боль­шом городе, не должно быть более семи диа­ко­нов, ссы­ла­ясь при этом на книгу Деяний Апо­столь­ских. Отцы же Шестого Все­лен­ского Собора попра­вили их, говоря, что слу­же­ние тех диа­ко­нов отно­си­лось к потреб­но­стям трапез, а не к Таин­ствам, и поэтому к диа­ко­нам-свя­щен­но­слу­жи­те­лям не должно при­ме­няться чис­лен­ное огра­ни­че­ние (См. Книгу Правил, а также указ. соч. архим. Амвро­сия, стр. 28).

Таким обра­зом, учение Церкви по этому вопросу гово­рит вполне одно­значно, что мы должны све­рять наши взгляды не с мне­нием одного или даже несколь­ких ува­жа­е­мых Отцов, но с собор­ным пре­да­нием всей Церкви. Если же мы не должны слепо при­ни­мать все свя­то­оте­че­ские выска­зы­ва­ния, отно­ся­щи­еся к вопро­сам дог­ма­ти­че­ским, то есть без­условно важным для нашего спа­се­ния, то уж тем более мы не имеем права воз­во­дить в ранг истины те, ныне уста­рев­шие, но обще­при­ня­тые во вре­мена того или иного Отца све­де­ния из гео­гра­фии, меди­цины, есте­ство­зна­ния и прочих наук только на том осно­ва­нии, что они встре­ча­ются в свя­то­оте­че­ских тво­ре­ниях. Ведь Св. отцы исполь­зо­вали науч­ные данные своего вре­мени не ради того, чтобы под­твер­дить или опро­верг­нуть их, но чтобы с их помо­щью при­ве­сти людей к раз­мыш­ле­нию о Боге, о Его свой­ствах и дей­ствиях в мире, и тем самым дать им духов­ную пользу. «У меня одна цель – все обра­щать в нази­да­ние Церкви,» – писал свт. Васи­лий Вели­кий (Беседы на Шестод­нев, т.1, стр. 132). «Иссле­до­ва­ние о сущ­но­сти каж­дого суще­ства, или под­па­да­ю­щего нашему умо­зре­нию, или под­ле­жа­щего нашим чув­ствам,… ни мало не послу­жит к нази­да­нию Церкви» (там же, стр. 13–14).

Поэтому в этих слу­чаях отцы, конечно же, не моли­лись Богу, чтобы Тот открыл им истин­ность или лож­ность тех или иных науч­ных поло­же­ний (см. выше слова преп. Вар­са­ну­фия Вели­кого), а просто брали те утвер­жде­ния, кото­рые в их время каза­лись несо­мнен­ными. Напри­мер, тот же свт. Васи­лий Вели­кий в своих «Бесе­дах на Шестод­нев» гово­рит: «Неко­то­рые заме­тили даже, что сруб­лен­ные и обо­жжен­ные сосны пре­вра­ща­лись в дубы» (стр. 88); «Кто же сомне­ва­ется об эфире, что он не огнен, и не в рас­ка­лен­ном состо­я­нии?» (стр. 53); «Что вос­пре­пят­ство­вало бы Черм­ному (Крас­ному) морю навод­нить собою весь Египет, кото­рый в срав­не­нии с ним состав­ляет впа­дину?… Египет ниже Черм­ного моря…» (стр. 65–66); «Огонь… сово­купно занял все над­зем­ное про­стран­ство» (стр. 67–68); «Каждая стихия, вслед­ствие общего каче­ства, соеди­ня­ется со смеж­ной к ней сти­хией, а вслед­ствие обще­ния в срод­ном, соеди­ня­ется и с про­ти­во­по­лож­ной. Напри­мер, земля, будучи суха и холодна, соеди­ня­ется с водой по срод­ству холод­но­сти, а чрез воду соеди­ня­ется с воз­ду­хом, потому что вода, постав­лен­ная в сре­дине между землей и воз­ду­хом,… при­ка­са­ется… холод­но­стью к земле, а влаж­но­стью к воз­духу» (стр. 71). Пре­по­доб­ный Иоанн Дамас­кин, опи­сы­вая в «Точном изло­же­нии Пра­во­слав­ной веры» науч­ные данные, обычно пред­ва­ряет их сло­вами «гово­рят, что…». Однако же и он утвер­ждает, что «кометы – неко­то­рые зна­ме­ния, объ­яв­ля­ю­щие о смерти царей» (стр. 62 134); «всех ветров – две­на­дцать» (стр. 66 138). Также он при­ни­мает и учение Ари­сто­теля о четы­рех сти­хиях. Есте­ственно, ни один чело­век в насто­я­щее время этих мнений не раз­де­ляет.

Объ­яс­не­ние свт. Гри­го­рием Нис­ским физио­ло­гии сна тоже явля­ется уста­рев­шим. Никто теперь все­рьез не будет гово­рить, что «когда внутри от есте­ствен­ной теп­лоты вос­ки­пает пища, пары… соби­ра­ются в объ­е­мах головы напо­до­бие дыма, про­са­чи­ва­ю­ще­гося в стен­ные щели. Потому, испа­ря­ясь оттуда через каналы чув­ствен­ных спо­соб­но­стей, рас­хо­дятся по телу, причем неиз­бежно оста­нав­ли­ва­ется чув­ство, оттес­нен­ное про­хо­дом этих паров» (Св. Гри­го­рий Нис­ский. Об устро­е­нии чело­века. СПб., 1995, стр. 40).

И, без­условно, нельзя тре­бо­вать от хри­сти­а­нина, почи­та­ю­щего св. отцов, при­зна­ния реаль­но­сти суще­ство­ва­ния птицы Феникс, о кото­рой повест­вует выда­ю­щийся Отец Церкви рубежа I—II вв. сщмч. Кли­мент Рим­ский: «Около Аравии есть… птица, кото­рая назы­ва­ется Феникс. Она рож­да­ется только одна и живет по пяти сот лет. При­бли­жа­ясь к своему раз­ру­ше­нию смерт­ному, она… делает себе гнездо, в кото­рое, по испол­не­нии своего вре­мени, входит и уми­рает. Из согни­ва­ю­щего же тела рож­да­ется червь, кото­рый, пита­ясь влагою умер­шего живот­ного, опе­ря­ется» (1 Посл. к Корин­фя­нам, гл. XXV. Писа­ния мужей апо­столь­ских, Рига, 1994, стр. 128). О той же птице гово­рит и Тер­тул­лиан.

Можно при­ве­сти и еще не один деся­ток подоб­ных цитат, но цель данной работы – не пора­зить чита­теля их коли­че­ством, а лишь под­твер­дить необ­хо­ди­мость трез­вого под­хода к изу­че­нию свя­то­оте­че­ского насле­дия. Каждый хри­сти­а­нин обязан уметь отде­лять в тво­ре­ниях отцов пше­ницу гор­него знания от плевел доль­него мира. Это ни в коей мере не ума­ляет нашего бла­го­го­ве­ния перед самими отцами, ибо наша Цер­ковь устами вели­кого бого­слова свт. Фотия Кон­стан­ти­но­поль­ского при­зы­вает «не при­ни­мать как учение то, в чем они (Св. отцы) заблуж­да­лись, но лобы­зать чело­ве­ков» (В. М. Лурье. После­сло­вие к книге св. Гри­го­рия Нис­ского «Об устро­е­нии чело­века», стр. 174).

Если случится кому видеть, что брат его согрешает, не должно презреть его и умолчать об этом, попуская ему погибнуть, не должно также ни укорять, ни злословить его, но с чувством сострадания и страхом Божиим должно сказать тому, кто может исправить его, или сам видевший пусть скажет ему с любовью и смирением, говоря так: «Прости, брат мой, если не ошибаюсь, мы нехорошо это делаем». И если он не послушает, скажи другому, о котором знаешь, что он имеет к нему доверие, или скажи старцу его или авве, смотря по важности согрешения, чтобы они его исправили, и потом будь спокоен. Но говори с целью исправить брата своего, а не ради празднословия, и не для укорения его, не из желания обличить его, не для осуждения, и не притворяясь, что исправляешь его, а внутри имея что-либо из упомянутого. Ибо, поистине, если кто скажет и самому авве его, но говорит не для исправления ближнего или не для избежания собственного вреда, то это грех, ибо это злословие; но пусть он испытает сердце свое, не имеет ли оно какого-либо пристрастного движения, и если так, то пусть не говорит. Если же он, рассмотрит себя внимательно, увидит, что хочет сказать из сострадания и для пользы, а внутренне смущается некоторым страстным помыслом, то пусть он скажет авве со смирением и о себе, и о ближнем, говоря так: «Совесть моя свидетельствует мне, что я хочу сказать для исправления брата, но чувствую, что имею внутри какой-то смешанный помысл, не знаю, оттого ли, что имел некогда неприятность с этим братом, или это искушение, препятствующее мне сказать о брате для того, чтобы не последовало его исправление»; и тогда авва скажет ему, должен ли он сказать, или нет. Бывает же, что иной говорит не для пользы брата своего, не по опасению собственного вреда и не потому, что помнит какое-либо зло, но рассказывая просто так, из празднословия. Но к чему такое злословие? Часто и брат узнает, что о нем говорили, смущается, от чего приходит скорбь и еще больший вред. А когда кто говорит, как мы сказали, единственно ради пользы брата, то Бог не попустит, чтобы произошло смущение, чтобы не последовала скорбь или вред.

На этом сайте[1] мы уже неоднократно говорили на тему Божественного Откровения и Божественного вдохновения в Церкви Божией. Мы не раз подчеркивали тот факт, что понятия «безгрешность» и «Божественное вдохновение» — это разные вещи. Даже у святых отцов есть некоторые критерии, определяющие, ЧТО именно из того, что они проповедовали, является Божественным Откровением, а что — их собственным мнением. Пришло время изучить, что по этому поводу думает и говорит один из святых отцов, а именно святой Фотий!

Психологические потребности

Ценность этой статьи заключается в том, что, во-первых, она поможет нам сформировать новый православный критерий для прочтения и принятия того, что написано в работах святых отцов, а, во-вторых, она поможет исправить ошибочную (а зачастую и «узколобую») позицию некоторых христиан, которые рассматривают тексты святых отцов сквозь призму, похожую на «оправославленное» протестантское мышление.

Как это происходит с протестантами, которые цепляются «к букве» Священного Писания, теряя при этом Дух, точно также и некоторые наши братья, в силу чрезмерной любви и уважения к святым отцам, воспринимают абсолютно все написанное ими в обязательном порядке как «Божественное Откровение». Поскольку некое утверждение было сделано святым, даже если оно было ошибочным, наши братья упорно отказываются открыто изучить и проверить иное мнение.

Вполне логично и полезно, с психологической точки, зрения искать определенную «фиксированную» и ОБЪЕКТИВНУЮ точку отсчета, на которой бы основывалась наша вера. Однако это не означает, что наши психологические потребности в чем-то подобном должны привести нас к утопическому воззрению на некоторые вещи — такие, как, например, тексты Священного Писания.

Божественное Откровение не было дано, чтобы лишить нас свободы и критического мышления, а также не для того, чтобы превратить нас в людей, не имеющих собственного мнения, и тех, кто бездумно принимает определенные догмы. НАОБОРОТ, оно было дано нам свыше для того, чтобы ВОСПИТЫВАТЬ в нас свободу и критическое мышление. Догматы были даны нам, чтобы привести нас К СВОБОДЕ и АБСОЛЮТНО ОСОЗНАНННОЙ жизни во Христе, дабы и мы могли пережить на своём опыте всё то, что до нас было записано Святыми Отцами, которые прожили жизнь о Господе. Потому как все то, что ими было нам передано, это ни что иное, как выражение их опыта жизни во Христе, с целью привести и нас к подобному образу жизни.

Когда человек слепо пытается зацепиться за сами тексты и при этом отказывается обрести божественный дар ОТВЕТСТВЕННОГО поиска жизни о Господе, он не только не обладает необходимыми христианскими качествами, но и, напротив, воспринимается как человек, уклоняющийся от ответственности и боящийся духовного труда! Такой человек хочет, чтобы всегда было все наверняка и, словно страус, прячет голову в песок, вместо того, чтобы прибегнуть к рассуждениям и таким образом, достичь глубинного познания Бога.

Слово, произнесенное Богом и исходящее от Него, представляет собой «светильник, сияющий в темном месте, доколе не начнет рассветать день и не взойдет утренняя звезда в сердцах наших» (2Петр. 1, 19). Обратите внимание! Он не говорит о том, что необходимо слепо следовать пророческим словам! Речь идет о временном отношении (слово «доколе») – когда христианин сможет начать учиться напрямую у Бога и жить во Святом Духе. Тексты святых отцов имеют вспомогательный и временный характер. ОТНОШЕНИЯ же человека с Богом – вечны!

Что сказал святой Фотий

Несмотря на то, что преобладающее большинство текстов святых отцов исполнены Святаго Духа и даруют нам множество Божественных Откровений, в них есть и некоторые высказывания или некоторые тезисы, которые содержат некоторые ошибочные убеждения или их личные взгляды (конечно, такое случается крайне редко), которые было бы ошибкой принять за Божественное Откровение, только лишь в силу того, что они написаны кем-то из святых.

Когда, например, святитель Иоанн Златоуст рассуждает в одном из своих текстов о предположительной дате рождения Иисуса Христа, и говорит, что отец Иоанна Крестителя был «архиереем», а также спутывает два жертвенника в храме, речь идет об очевидной ошибке. То же самое касается и утверждения святителя Григория Нисского о всеобщем спасении, о спасении даже нечестивых, которое Церковь осудила соборно![2] И когда святой Августин истолковывает спасение во Христе с юридической точки зрения, вновь речь идет об ошибке, поскольку его убеждения входят в прямое противоречие вере других святых отцов. Позиции святого Августина фактически лежали и лежат в основе нашего разрыва с Западной Церковью, поскольку там настаивают на некоторых его ошибочных убеждениях, только потому, что он был святым!

Итак, чем мы будем руководствоваться? Будем ли мы с подозрением и неким высокомерием рассматривать тексты святых отцов? Будем ли мы их читать в духе противоречия и искать в них ошибки?

Конечно же нет! Тексты святых отцов – это источник мудрости, знания и богоодухновенной жизни. Это истинные сокровища Божественного Откровения и источник Апостольского Предания, они наполнены божественной благодатью. Тексты святых отцов – это свет и жизнь! Однако это не означает, что они не содержат ошибок! Это не означает, что, если что-то написано святым, то это ОБЯЗАТЕЛЬНО является верным, и что мы должны с фанатизмом это отстаивать, даже если нам предоставят документы, доказывающие обратное. Все люди, даже святые, совершали ошибки в своей жизни! И цель данной статьи состоит в том, чтобы помочь осознать, что существуют КРАЙНОСТИ и их следует избегать, также, как и не стоит необоснованно прилепляться к неким редким и нехарактерным для нашей церковной традиции убеждениям, которые могут иногда содержатся в данных текстах и могут быть ошибочными.

Итак, какими критериями нам следует руководствоваться, чтобы понять, что в каком-то случае возможно кто-то из святых отцов допустил ошибку?

Давайте обратимся к одному из святых отцов, святителю Фотию, чтобы посмотреть, что он пишет он на эту тему:

«Ведь сколько жизненных обстояний заставили многих что-то высказать неверно, а что-то по икономии, что-то по принуждению непослушных, а кое-что и по неведению, как свойственно ошибаться людям?.. Если же они неправильно выразились или по какой-то ныне нам неведомой причине уклонились от правоты, но никакого исследования не было ими предложено, и никто не призвал их к познанию истины, мы ничуть не менее причислим их к отцам, чем если бы они этого не говорили, ради прекрасной жизни и почтенной добродетели, и безупречности в прочем благочестии, а словам их там, где они ошиблись, не последуем…» (Послание патриарха Фотия архиепископу Аквилейскому, Послания святого Фотия, Лондон, 1864, стр. 196).

Касательно данного текста высказывался в свое время и богослов Михаил Беркутакис, который комментирует его следующим образом (приведем цитату, дабы понять сказанное святым Фотием):

«Сколько раз трудные жизненные обстоятельства принуждали отцов и учителей Церкви неверно истолковать некоторые вещи, поскольку даже они не могли их понять правильно, и об одних вещах говорить в духе икономии и снисхождения, поскольку у людей не было силы понять их истинный смысл, а о других говорить повелительно и строго, дабы противостоять уклонившимся в ересь, восстающим против Церкви? В итоге, некоторые вещи были истолкованы ими неверным образом по причине неведения, поскольку людям свойственно ошибаться. Но даже если Отцы Церкви и исказили или в чем-то уклонились от истинной веры, это произошло в силу того, что они в том случае богословствовали о вопросах, не имеющих сотериологического значения, или потому что народ Божий не просил их открыть истину, необходимую для его спасения, или в силу какой-либо другой причины, которая нам неизвестна на сегодняшний день. Однако, это никак не означает, что у нас есть право признавать их отцами в меньшей степени, чем мы воспринимали их ранее, потому что ими были допущены ошибки… будет достаточным, если мы просто не будем следовать их наставлениям в тех местах, где они ошиблись…». (таким образом текст был перефразирован богословом Михаилом Беркутакисом)

Слова святого Фотия более чем характерны: один из святых отцов с совершенной ясностью говорит о том, что ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ВОЗМОЖНО встретить ошибки в святоотеческих текстах. Именно поэтому нельзя оправдывать всех тех, кто настаивает на цитатах из святых отцов с полнейшим фанатизмом, чтобы отстоять вопросы, которые «не просил открыть народ Божий» в тот период, когда были написаны тексты, и которые были впоследствии исправлены другими святыми отцами или же учеными, если речь шла о научных вопросах, или когда пришло время дать им более полную и четкую оценку со стороны Церкви Божией.

Церковь является Церковью Истины. Она всегда связана с Живым Христом. Нельзя понимать, что связь Церкви с Живым Христом зависит от текстов святых отцов, однако сами тексты находятся в зависимости от этой связи, которую имеют святые отцы, их написавшие. Святые отцы остаются людьми, и потому могут в некоторых вопросах допускать ошибочные суждения, которые подлежат исправлению другими людьми. Этот факт проясняет в вышеприведенном тексте один из святых отцов, святой Фотий. То, что святые отцы могут совершить ошибку – это тоже святоотеческое учение!

Вот почему, в том случае, если кто-либо будет настаивать и искать среди святых отцов Церкви «непогрешимость», то ему придется признать, что ошибку совершает один из святых – святой Фотий!

Γ. Κ.

Могут святые люди (умнейшие люди своей эпохи, подвижнической жизни) ошибаться? Могут – в тех вопросах, которые, в то время когда они подвизались, не были еще подробно изучены и разобраны, и в тех, которым они не уделили достаточного внимания.

Это похоже на другой вопрос: могут ли быть в жизни святого человека какие-то не святые вещи? Могут. Прославляется в лике святых человек не за свои грехи, которые у него были в жизни, а за то, что он изменился, за то, каким был финал его жизни. Покаяние не в том заключается, чтоб кататься в церкви по полу и рвать на себе волосы, рассказывая всем, какая ты сволочь, но в том, чтобы пойти и изменить либо свое отношение к чему-то, либо свое поведение.

Поэтому очень важно понимать: если человек и был причислен к лику святых, это еще не значит, что все его поступки и все его слова правильны.

Вот мнения самих святых по этому поводу.

Преподобный Викентий Лиринский (+ около 450 г.) в своем труде «О вероизложениях вообще, или Об общем характере православной догматики» пишет: «<Кто> хочет избежать еретической лжи и пребыть в здравой вере здравым и невредимым, тот должен, с помощью Божией, двояким образом оградить свою веру: во-первых, авторитетом Священного Писания, а во-вторых, преданием Вселенской церкви». А Писание «вполне вразумительно при снесении одних мест его с другими». Т. е. нельзя выдрать одну цитату и на ней строить целую систему. Нужно собрать все, что говорится по тому или иному вопросу в Библии, и обмозговать это. А «еретические уклонения» возникают как раз тогда, когда некий человек строит на одном-двух предложениях целую систему, а все, что с ней не согласуется, что ей противоречит, просто не замечает.

Что относится к «преданию Вселенской церкви»? То, «во что верили повсюду, во что верили всегда, во что верили все: потому что то только в действительности и в собственном смысле есть вселенское, как показывает и само значение этого слова, что, сколько возможно, вообще все обнимает. А этому правилу мы будем, наконец, верны, только если будем следовать всеобщности, древности, согласию. Следовать всеобщности – значит признавать истинной только ту веру, которую исповедует вся Церковь на всем земном шаре. Следовать древности – значит ни в коем случае не отступать от того учения, которого несомненно держались наши святые отцы и предки. Следовать, наконец, согласию – значит в самой древности принимать только те вероопределения и изъяснения, которых держались все или, по крайней мере, почти все пастыри и учители».

Далее св. Викентий пишет подробнее о выдранных из контекста цитатах из Библии. «Но откуда видно, скажут, что дьявол имеет обыкновение пользоваться свидетельствами Священного Писания? Читайте Евангелие. Там написано: «Потом берет Его, – то есть Господа Спасителя, – дьявол… и поставляет Его на крыле храма, и говорит Ему: если Ты Сын Божий, бросься вниз, ибо написано: Ангелам Своим заповедает о Тебе охранять Тебя на всех путях Твоих, и на руках понесут Тебя, да не преткнешься о камень ногою Твоею»…
Чего же не сделает бедненьким людям тот, кто на Самого Господа напал свидетельством из Писаний? Если, говорит, Ты Сын Божий, бросься вниз. Почему? Ибо написано, говорит».

И еще очень важные слова: «Должно, впрочем, заметить, что мы обязаны с величайшим усердием исследовать эти согласные суждения древних святых отцов и следовать им не относительно всяких каких-либо маловажных вопросов по Священному Писанию, но главным образом только касательно правила веры». Полный текст см. здесь: http://azbyka.ru/otechnik/?Vikentij_Lirinskij/o_veroizlozheniyah.

Преподобные Варсонофий Великий и Иоанн Пророк, «Руководство к духовной жизни»:

«Вопрос 608, того же. Ужели не должно читать книг Евагриевых?

Ответ Иоанна: «Не принимай только таких мнений (еретических), а если хочешь, читай там то, что служит к душевной пользе. В евангельской притче о неводе сказано, что «хорошее собрали в сосуды, а худое выбросили вон» (Мф. 13, 48); так и ты поступай».

Ответ Варсонофия на вопрос 610, касательно ошибок святых. «Не думайте, чтобы люди, хотя и святые, могли совершенно постигнуть все глубины Божии…
Святые, сделавшись учителями, или сами собою, или принуждаемые к тому другими людьми, весьма преуспели, превзошли своих учителей и, получив утверждение свыше, изложили новое учение, но вместе с тем сохранили и то, что приняли от прежних учителей своих, то есть учение неправое. Преуспев впоследствии и сделавшись учителями духовными, они не помолились Богу, чтобы Он открыл им относительно первых их учителей: Духом ли Святым внушено было то, что они им преподали, но, почитая их премудрыми и разумными, не исследовали их слов. И, таким образом, мнения учителей их перемешались с их собственным учением, и святые сии говорили иногда то, чему научились от своих учителей, иногда же то, что здраво постигали собственным умом. Впоследствии же и те, и другие слова приписаны были им. Принимая от других, преуспев и сделавшись лучшими, святые Духом Святым говорили то, что вверялось им с утверждением от Него; говорили и то, что им было преподано прежними учителями их, не исследуя слов их, тогда как им должно было исследовать оные и чрез молитву к Богу и вопрошения просвещенных Духом удостовериться, справедливы ли они. Таким образом перемешались учения, и всё, что говорили сии святые мужи, их имени приписывалось» (http://azbyka.ru/otechnik/?Varsonofij_Ioann/otvety).

Много цитат по рассматриваемому вопросу есть в книге иеромонаха Серафима (Роуза) «Место блаженного Августина в православной церкви» и в интересной статье священника Дмитрия Моисеева «Ошибались ли святые?» (см. здесь: http://azbyka.ru/tserkov/svyatye/5g10_7-all.shtml).

Таково мнение самих святых. Имеющие уши да услышат.

Надо обратить внимание и на то, что объяснения отдельных эпизодов, описанных в Библии, у разных святых могут противоречить друг другу. Приведу один пример – характеристика поступка жены Иова с точки зрения двух святых.

Святитель Иоанн Златоуст в слове «О праведном и блаженном Иове» так оценивает ситуацию: «Всего, одним словом, лишен был праведник; оставлена была ему только жена, это исконное орудие дьявола. Оставлена была жена не потому, что диавол пощадил ее, но потому, что сохранял ее для себя в качестве орудия. Он помнил, конечно, что именно с помощью жены одолел он первого человека, и вот теперь сохраняет жену, чтобы тем же самым орудием воспользоваться в своих коварных целях… Говорит Иову жена: «…ты все еще тверд в непорочности твоей! похули Бога и умри» (Иов. 2:9). Вот поистине слова дьявола! «Ты все еще тверд?» Это вопль того, кто терпит искушение. Меня искушают, а ты говоришь: «Все еще тверд?» Меня поражают, а ты изнемогаешь под ударами, на меня падающими? Доколе ты будешь сидеть, ожидая день ото дня спасения? Против воли воспевает диавол добродетели праведника, провозглашает его терпение, (свидетельствуя), что он боролся с надеждой. Доколе? Заметь дальше мудрость писателя книги. И воззри (в русском переводе этих слов нет), говорит, на нее, «сказал ей» Иов (2:10). Не сказал: выслушав ее слова, но воззри; почему — воззрев? Разве он не знал своей жены?.. Это выражение — воззрев — показывает, что не на нее он смотрел, но на того, кто в ней. Посмотрел Иов на дьявола: он увидел того, кто говорил некогда устами змея и кто теперь говорит устами жены» (http://azbyka.ru/otechnik/?Ioann_Zlatoust/o_iove=3).

Таким образом, свт. Иоанн видит в жене Иова «исконное орудие дьявола», оставленное в живых лишь для того, чтобы духовно добить бедного праведника.

Святитель Астерий Амасийский (современник Иоанна Златоуста) в «Беседе на слова Евангелия от Матфея: ‘По всякой ли причине позволительно человеку разводиться с женою своею?’» смотрит на этот поступок иначе: «Знал я женщину, и притом цветущую, которая и волосы остригла и переоделась в мужскую одежду, чтобы не разлучаться с мужем, находящимся в бегах и укрывательстве. Рабом представляясь, она действительно рабствовала любви; и такую жизнь вела в течение многих лет, странствуя из места в место, из пустыни в пустыню. Таковою же находим мы и жену терпеливейшего Иова. Ведь и его оставили все: и льстецы утекли вместе с богатством, и друзья соразмерили дружбу только со временем счастья, – а если когда и являлись, то их присутствие было укоризною, а не посещением больного, – прибавлением несчастия, а не облегчением (Иов. 16.2), потому что и утешители в бедах все негодовали против него. Одна только она, некогда знатная, сидела при муже на навозе, соскабливая гной и извлекая червей из ран. Так (поступила) подруга жизни, а не соучастница только в счастье, неразлучный друг, а не льстец при наслаждениях, – единственный добрый остаток от всего благополучия, всего самого дорогого и родного. От этой крайней и чрезмерной любви к мужу впала она даже в грех богохуления, посоветовав ему сказать некое слово хульное на Бога и ускорить кончину, чтобы не терпел он дальнейших наказаний, и она не видела (его) в беспрестанных скорбях (Иов. 2.9). О собственном затем несчастии вдовства она не размышляла; об одном только заботилась, чтобы муж избег невыносимой жизни» (http://azbyka.ru/otechnik/?Asterij_Amasijskij/beseda_na_slova_evangelia).

Итак, святитель Астерий говорит о том, что жена Иова – «единственный добрый остаток от всего благополучия, всего самого дорогого и родного». И такие слова своему мужу («похули Бога и умри») она сказала из любви и жалости к нему. Бедная женщина в один миг осталась без детей, которых было так тяжело и родить, и воспитать, без имущества. И каждый день смотрела на то, как страдает любимый человек. Из речи свт. Иоанна это все куда-то исчезло. А вот свт. Астерий, хвала Мерлину, обращает на это внимание: дама тяжко страдала сама, но смотреть на мучения любимого мужа ей было еще труднее, поэтому и произнесла она с горя такие слова.

Это всего лишь один пример. Два святых епископа, две разные точки зрения на один и тот же поступок.

В настоящее время часто можно услышать, что слова Святых Отцов Православной Церкви – не критерий истины, что Святые Отцы могли ошибаться. Об этом говорят уже не только некоторые священнослужители, учащиеся духовных школ, монашествующие, но и миряне. Но православно ли такое учение? Откуда оно берет свое начало? Может ли быть такое, что Святые Отцы действительно ошибались? Эти вопросы предложены участникам дискуссий.

ДИСПУТ:

СТОРОНА «Б»

    Конечно, Святые Отцы могли ошибаться. Примеров тысячи. Вот даже Григорий Нисский. На V Вселенском Соборе было осуждено учение о конечности будущих вечных мук. А он в своих писаниях выступает как носитель этого учения.

СТОРОНА «А»

    Свт. Фотий, Патр. Константинопольский, в своем сборнике «Тысяча книг», содержащем отзывы на прочитанные им книги в главе «Свт. Герман, Патр. Константинопольский», приводит выдержки из его труда, не сохранившегося до нашего времени, в котором святитель исследовал труды свт. Григория и пришел к выводу, что ложное учение о конечности будущих мук в его писания внесено еретиками.

СТОРОНА «Б»

    В 611-м ответе преподобный Варсонофий Великий говорит: «Святые, сделавшись учителями, или сами собою, или принуждаемые к тому другими людьми, весьма преуспели, превзошли своих учителей и, получив утверждение свыше, изложили новое учение, но вместе с тем сохранили и то, что приняли от прежних учителей своих, то есть учение неправое.

Преуспев впоследствии и сделавшись учителями духовными, они не помолились Богу, чтобы Он открыл им относительно первых их учителей: Духом ли Святым внушено было то, что они им преподали, но, почитая их премудрыми и разумными, не исследовали их слов; и таким образом мнения учителей их перемешались с их собственным учением, и святые сии говорили иногда то, чему научились от своих учителей, иногда же то, что здраво постигали собственным умом; впоследствии же и те, и другие слова приписаны были им…

Таким образом перемешались учения, и все, что говорили сии святые мужи, их имени приписывалось.

Итак, когда слышишь, что кто-либо из них говорит о себе, что он от Духа Святаго слышанное поведает, то сие несомненно, и мы должны тому верить. Если же святой муж и говорит о вышеупомянутых мнениях, то не найдешь, чтобы он подтверждал слова свои, как бы имел утверждение свыше, но они проистекли из учения прежних его учителей, и он, доверяя знанию и премудрости их, не вопрошал Бога, истинно ли сие».

СТОРОНА «А»

    Тот же святой (немного раньше по содержанию этого же труда) говорит: «Нам должно стараться о том, о чем старались отцы наши авва Пимен и прочие. Сие старание научает вменять себя ни во что, ни с кем себя не сравнивать, считать себя землею и пеплом. А то [поиск ошибок святых отцов] научает считать себя мудрым, приходить в гордость, придавать себе значение, при всяком случае сравнивать себя с другими и чуждаться смиренномудрия». Наоборот, преп. Варсонофий предостерегает нас от этого.

СТОРОНА «Б»

    Это что-то новое…

СТОРОНА «А»

    Нет, мы не вводим ничего нового, но только отстаиваем святоотеческое учение. А вы пропагандируете лжеучение католического лжебогослова Пьера Абеляра (1070-1130). Он впервые высказал мысль, что Святые Отцы якобы могут ошибаться. Затем ее подхватили протестанты, от которых она перекочевала в умы и книги протестантствующих богословов Русской Православной Церкви.

СТОРОНА «Б»

    Тем не менее все патрологи говорят о том, что Святые Отцы могли ошибаться.

СТОРОНА «А»

    В этом заключается их трагическая ошибка. Ибо есть Святые Отцы, в писаниях которых нет ошибок. «Тот понимает [писания святых], кто видит изречения [их] непоколебимыми, – пишет священномученик Петр Дамаскин, – и премудростию Духа обретает сокровенные тайны, подтверждаемые Божественными Писаниями. Таковы были в особенности три великих светила: Василий, Златоуст и Григорий. Они находили подтверждение или в том же, или в другом изречении Писания. И нечего тут сказать желающему противоречить, ибо не извне приводят они свидетельство, чтобы кто-нибудь мог сказать: это свое разумение, но из самого предлежащего содержания, или из другого Писания, изъявляющего это. И поистине: ибо от Святаго Духа получили они, как достойные, и разумение, и глаголание».

Об этом же пишет и свт. Игнатий (Брянчанинов): «Нахожу способ получить сочинения св. угодников Божиих, с жаждою начинаю читать их, глубоко исследовать. Прочитав одних, берусь за других, читаю, перечитываю, изучаю. Что прежде всего поразило меня в писаниях Отцов Православной Церкви? — Это их согласие чудное, величественное. Осмнадцать веков в устах их свидетельствуют единогласно «единое» учение Божественное».

Причем, свт. Инатий всю жизнь изучал святоотеческие писания. Он не был академическим патрологом, но был патрологом-практиком, который не просто изучал писания святых Отцов, но и в меру сил старался воплотить их в жизнь, т.е. стремился усвоить себе сам дух их. Это наиболее верный подход к святоотеческим писаниям, который предохраняет от искаженного понимания их творений.

Наконец, и сама Церковь засвидетельствовала ложность лжеучения П. Абеляра и современных модернистских патрологов. Святые Отцы Пятого Вселенского Собора на третьем заседании засвидетельствовали: «Мы следуем во всем святым отцам и учителям Церкви: Афанасию, Иларию, Василию, Григорию Богослову, Григорию Нисскому, Амвросию, Августину, Феофилу, Иоанну Константинопольскому (Златоусту), Кириллу, Льву, Проклу. Принимаем и других святых и православных отцов, которые в святой Божией Церкви непорочно проповедовали правую веру до конца жизни».

Кому же нам больше верить: Вселенским Соборам или современным патрологам, пересказывающим лжеучения западных еретиков?

Источник: http://dobrievesty.ru/47-mogli-li-oshibatsya-svyatye-otcy.html

ruskalendar.ru/news/detail.php?ID=16397

Всем нам знакома фраза: «Знал бы где упасть – соломки бы подстелил». Так и мы, оглядываясь на нашу прожитую жизнь, непрестанно сожалеем о содеянных нами ошибках. И как хочется вернутся лет этак на «ндцать» назад и прожить свою жизнь заново, правильно и без ошибок, за которые, в последствии, становиться так мучительно больно…

К сожалению, такой возможности у человеческого рода – нет, вот и приходится нам нести в своем сердце груз тяжелых и непоправимых ошибок, совершенных нами в нашей жизни по неведению и незнанию.

Часто приходит чувство тоски и уныния, мы чувствуем свою несостоятельность в жизни, будущее наше не предвещает нам ничего хорошего, мы словно рыбы, выброшенные на берег, задыхаемся от душевной тоски и внутреннего одиночества.

Но, дорогие друзья, не будем отчаиваться и унывать! Необходимо помнить и понимать всем своим израненным сердцем, что все, что ни происходило с нами в нашей жизни – было попущено нам Богом для спасения нашей души! Как ни странно, но именно наше раскаяние и сожаление об ошибках нашей прошлой жизни – это и есть наш первый и самый главный шаг к спасению своей безсмертной души!

Раскаиваться в ошибках своей прожитой жизни – значит реально осознавать, что содеянные нами в прошлом дела – это грех. А осознание собственных грехов – это и есть открытая дверь в нашу новую жизнь! Ведь теперь, когда у нас больше опыта в жизни, пусть и совсем не приятного опыта, мы действительно имеем шанс начать новую жизнь, ту, о которой мы так мечтали!

Мы так же должны осознанно понимать, что именно благодаря нашим ошибкам, мы имеем шанс начать все с начала, ибо ценим жизнь свою, как особый и тернистый путь, приведший нас к Богу!

Нам дарит великое утешение то, что после Таинств Исповеди и Святого Причащения, все наши грехи и прегрешения утрачивают свою власть над нами, они попросту исчезают, перестают быть навсегда. И мы опять становимся чисты и невинны, как и в начале нашей жизни, а, значит, мы можем и должны начать новую для себя жизнь, не совершая прежних ошибок, и, с Божией помощью, не допуская новых!

Если ошибки прошлого нас мучают и терзают, мы должны перестать думать о них, ибо все, рассказанное нами на исповеди священнику, прощено и забыто. Следовательно, нам надо прекратить оглядываться назад, а идти только вперед, ибо, по Евангельским словам Спасителя, оглядывающийся назад не благонадежен для Царствия Небесного!

Ошибки прошлого не должны отравлять нашу жизнь. Как только мы осознаем, что без этих ошибок был бы невозможен наш путь к Богу, то мы сразу перестанем впадать в тоскливое болото уныния и отчаяния, а будем непрестанно твердить – Слава Богу за все!

Приблизительное время чтения: 2 мин.

Понятия святой и безгрешный не синонимы. Так же как не синонимы святой и бесстрастный, святой и никогда не ошибающийся, святой и хороший человек. Святой — это кающийся грешник, то есть человек, трезво оценивающий свое духовное состояние, видящий свои грехи и в своем устремлении к Богу желающий всеми силами от них избавиться. С этого горячего желания измениться — а это и называется покаянием — и начинается движение к святости. Как однажды сказал протоиерей Димитрий Смирнов, в Царство Небесное идут кающиеся грешники, а хорошие люди — на доску почета.

В истории был только один человек, который прожил жизнь, не совершив ни единого греха. Это Иисус Христос, в личности Которого человеческая природа неслитно, нераздельно, неизменно и неразлучно соединилась с природой Божественной. В Нем всем нам открыта возможность спасения, обретения Царства Небесного. Однако для того, чтобы спастись, необходимо потрудиться, по слову Спасителя: Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его (Мф 11:12). Это усилие связано с преодолением греховных наклонностей, постоянной работой над собой, стремлением приобрести те же чувствования, какие и во Христе Иисусе (Флп 2:5). На этом пути и происходит встреча с Духом Святым, благодать Которого восстанавливает и преображает нашу природу, способствует нашему возрастанию в подобие Божие. Человек действительно начинает быть водимым Духом Святым.

Но водительство Святого Духа не означает превращение человека в некоего благочестивого зомби, мыслями, чувствами, действиями и словами которого руководит кто-то другой — наша уникальная личность сохраняется. В Священном Писании мы читаем о людях, которые находились в непосредственном общении с Богом и одновременно испытывали самые разные эмоции, действовали вразрез с повелениями Божьими, ошибались. Так, пророк Моисей, которого церковная традиция называет Боговидцем, препирается с Богом, сопротивляется Ему, возражает. Святой Дух не отбирает у человека свободу — в том числе свободу ошибаться и заблуждаться. Именно поэтому в Православии нет учения о чьей-то личной безошибочности, а все догматы и вероучительные положения принимались соборным разумом. Хранительницей Истины выступает Церковь, основанная Самим Господом, а не отдельные личности, пусть даже самые святые.

Любой человек — и святые тут не исключение — несет на себе отпечаток эпохи, на него влияют условия, в которых он вырос, образование, социальное окружение. Во все времена истории Церкви это хорошо понимали. Поэтому канонизация — общецерковное прославление святого — не означает автоматического одобрения всех его поступков. Так, святой Кирилл Александрийский долгое время испытывал сильную неприязнь к святителю Иоанну Златоусту и лишь спустя почти двадцать лет после смерти последнего признал свою неправоту. Тем не менее они оба были канонизированы Церковью. Святой Иосиф Волоцкий много потрудился на ниве духовного просвещения, однако суровые меры по искоренению ереси, к которым он призывал, представляются довольно сомнительными. Однако и он, и его оппонент как по вопросу о преследовании еретиков, так и по вопросу о церковном имуществе преподобный Нил Сорский прославлены в лике святых.

Таким образом, признавая влияние времени и места, а также немощи и ошибки, свойственные людям, Церковь, рассматривая вопрос о канонизации, обращает внимание на то главное, что двигало человеком в его жизни, — стремление к Богу и желание послужить Ему.