Подготовил: Дмитрий Сироткин
Составил подборку цитат русского историка и преподавателя Василия Ключевского (1841—1911).
Он прославился своими афористичными высказываниями не только о российской истории, но и по многим жизненным вопросам.
Цитаты сведены по темам: человеческие проявления, Россия, религия, люди, счастье, глупость, слово, брак, ум, история, управление, русские, любовь, мужчины, старость, народ, искусство, наука, жизнь, мысли, дела, писатели, женщины, бедные и богатые, молодежь, смерть, талант, посредственность, историки, возраст, книги, театр, благодарность, благотворительность, и др.
О человеческих проявлениях
Когда нам плохо, мы думаем: «А где-то кому-то — хорошо.» Когда нам хорошо, мы редко думаем: «Где-то кому-то — плохо».
Когда нам плохо, плохое утешение думать, что другим ещё хуже.
Под сильными страстями часто скрывается только слабая воля.
Есть люди, которые становятся скотами, как только начинают обращаться с ними, как с людьми.
Различие между храбрым и трусом в том, что первый, сознавая опасность, не чувствует страха, а второй чувствует страх, не осознавая опасности.
Есть два рода нерешительных людей: одни нерешительны, потому что не могут сообразить никакого решения, другие — потому, что зараз соображают несколько решений. Первые нерешительны, потому что глупы, вторые кажутся глупыми, потому что нерешительны.
Всем можно гордиться, даже отсутствием гордости, как от всего можно одуреть, даже от собственного ума.
Справедливость – доблесть избранных натур, правдивость – долг каждого порядочного человека.
Откровенность – вовсе не доверчивость, а только дурная привычка размышлять вслух.
Самолюбивый человек тот, кто мнением других о себе дорожит больше, чем своим собственным. Итак, быть самолюбивым значит любить себя больше, чем других, и уважать других больше, чем себя.
Твёрдость убеждений – чаще инерция мысли, чем последовательность мышления.
Сладострастие есть не что иное, как властолюбивое самолюбие, разыгранное на женских прелестях.
О России
России больше нет: остались только русские.
В России центр на периферии.
Чтобы согреть Россию, некоторые готовы ее сжечь.
У нас нет ничего настоящего, а все суррогаты, подобия, пародии: quasi-министры, quasi-просвещение, quasi-общество, quasi-конституция, и вся наша жизнь есть только quasi una fantasia.
Можно благоговеть перед людьми, веровавшими в Россию, но не перед предметом их верования.
Это немцы учили нас исключительности. Наши же цели — вселенские.
Славянофильство — история двух-трех гостиных в Москве и двух-трех дел в московской полиции.
В нашем настоящем слишком много прошедшего; желательно было бы, чтобы вокруг нас было поменьше истории.
Любуясь, как реформа преображала русскую старину, не доглядели, как русская старина преображала реформу.
В России нет средних талантов, простых мастеров, а есть одинокие гении и миллионы никуда не годных людей. Гении ничего не могут сделать, потому что не имеют подмастерьев, а с миллионами ничего нельзя сделать, потому что у них нет мастеров. Первые бесполезны, потому что их слишком мало; вторые беспомощны, потому что их слишком много.
В России все элементы культуры парниковые, казенные: все и даже анархия воспитано и разведено на казенный счет.
Кстати, цитаты о России
О религии
Смотря на них, как они веруют в Бога, так и хочется уверовать в черта.
На Западе церковь без бога, в России бог без церкви.
Почему от священнослужителя требуют благочестия, когда врачу не вменяется в обязанность, леча других, самому быть здоровым?
Верует ли духовенство в Бога? Оно не понимает этого вопроса, потому что оно служит Богу.
Что такое Бог? Совокупность законов природы, нам непонятных, но нами ощущаемых и по хамству нашего ума нами олицетворяемых в образе творца и повелителя вселенной.
Разница между духовенством и другими русскими сословиями: здесь много пьяниц, там мало трезвых.
Атеисты всемилостивейше пожалованы в действительные статские христиане.
Обряд — религиозный пепел: он охраняет остаток религиозного жара от внешнего холода жизни.
Среднему статистическому пошлому человеку не нужна, даже тяжела религия. Она нужна только очень маленьким и очень большим людям: первых она поднимает, а вторых поддерживает на их высоте. Средние пошлые люди не нуждаются ни в подъеме, потому что им лень подниматься, ни в опоре, потому что им некуда падать.
Кстати, цитаты о религии
О людях
Человек — это величайшая скотина в мире.
Люди живут идолопоклонством перед идеалами, и когда недостает идеалов, они идеализируют идолов.
Интересней всего бывает узнать не то, о чем люди говорят, а то, о чем они умалчивают.
Было бы сердце, а печали найдутся.
Люди самолюбивые любят власть, люди честолюбивые – влияние, люди надменные ищут того и другого, люди размышляющие презирают и то и другое.
С некоторыми людьми можно ужиться, только не зная их.
Кто из людей презирает людей, должен презирать и себя самого, потому презирать людей вправе только животные.
Есть люди, главное достоинство которых в том, что они молчат.
Быть соседями не значит быть близкими.
Наблюдение чужих пороков очень полезно для самоисправления: собственный порок становится особенно противен, когда увидишь его в другом и почувствуешь, как неприятно обладать тем, что сейчас осмеял,ибо мы любим осмеять всех и вся, кроме себя и своего.
Кстати, цитаты о людях
О счастье
Быть счастливым значит не желать того, чего нельзя получить.
Счастье не в том, чтобы прожить благополучно, а в том, чтобы понять и почувствовать, в чем может оно состоять.
Самый верный и едва ли не единственный способ стать счастливым — это вообразить себя таким.
Что такое счастье? Это возможность напрячь свой ум и сердце до последней степени, когда они готовы разорваться.
Счастье не действительность, а только воспоминание: счастливыми кажутся нам наши минувшие годы, когда мы могли жить лучше, чем жилось, и жилось лучше, чем живется в минуту воспоминаний.
Счастлив тот, кто может жену любить, как любовницу, и несчастлив, кто любовнице позволяет любить себя, как мужа.
Хорошая женщина, выходя замуж, обещает счастье, дурная – ждет его.
Кстати, цитаты о счастье
О глупости
Самый непобедимый человек – это тот, кому не страшно быть глупым.
Глупость — самая дорогая роскошь, которую могут позволять себе только богатые люди.
Есть два рода дураков: одни не понимают того, что обязаны понимать все; другие понимают то, чего не должен понимать никто.
Умный тем отличается от дурака, что, когда оба разозлятся, умный становится дураком, а дурак умным.
Злой дурак злится на других за собственную глупость.
Лучше быть историческим Дон-Кихотом, чем чистым, математическим дураком.
О слове
Слово – великое оружие жизни.
Высшая степень искусства говорить — уменье молчать.
Крепкие слова не могут быть сильными доказательствами.
Кстати, цитаты о речи
О браке
Обыкновенно женятся на надеждах, выходят замуж за обещания. А так как исполнить свои обещания гораздо легче, чем оправдать чужие надежды, то чаще приходится встречать разочарованных мужей, чем обманутых жен.
Здравый и здоровый человек лепит Венеру Милосскую из своей Акулины и не видит в Венере Милосской ничего более своей Акулины.
Семейные ссоры – штатный ремонт ветшающей семейной любви.
Она в каждом мужчине ищет мужа, потому что в муже не нашла мужчины.
Гораздо легче стать отцом, чем остаться им.
Выбирая себе жену, надо помнить, что выбираешь мать своим детям, и как опекун своих детей должен позаботиться, чтобы жена по вкусу мужа была матерью по сердцу детям; чрез отца дети должны участвовать в выборе матери.
Кстати, цитаты о свадьбе
Об уме
Самый дорогой дар природы – веселый, насмешливый и добрый ум.
Надобно не жаловаться на то, что мало умных людей, а благодарить бога за то, что они есть.
Под здравым смыслом всякий разумеет только свой собственный.
Гораздо легче стать умным, чем перестать быть дураком.
Размышляющий человек должен бояться только самого себя, потому что должен быть единственным и беспощадным судьей самого себя.
Ум гибнет от противоречий, а сердце ими питается.
Жить своим умом не значит игнорировать чужой ум, а уметь и им пользоваться для понимания вещей.
Кто живет чужим трудом, тот неизбежно кончит тем, что начнет жить чужим умом, ибо свой ум вырабатывается только с помощью собственного труда.
Кстати, цитаты о разуме
Об истории
История ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков.
Логика в истории что математика в естествоведении.
Предмет истории — то в прошедшем, что не проходит, как наследство, урок, неконченый процесс, как вечный закон. Изучая дедов, узнаем внуков, т.е., изучая предков, узнаем самих себя.
Закономерность исторических явлений обратно пропорциональна их духовности.
Почему люди так любят изучать свое прошлое, свою историю? Вероятно, потому же, почему человек, споткнувшись с разбега, любит, поднявшись, оглянуться на место своего падения.
Политика должна быть не более и не менее как прикладной историей. Теперь она не более как отрицание истории и не менее как ее искажение.
Об управлении
Чтобы править людьми, нужно считать себя умнее всех, т. е. часть признавать больше целого, а так как это глупость, то править людьми могут только дураки.
Государству служат худшие люди, а лучшие — только худшими своими свойствами.
Бесплодность полицейских мер обнаруживала всегдашний прием плохих правительств — пресекая следствия зла, усиливать его причины.
Правительственные учреждения — как они могут быть проводниками права, сами будучи бесправными?
Бюрократия есть сила, утратившая цель своей деятельности и потому ставшая бесцельной, но не переставшая быть сильной. Вы без нее не обойдетесь или сами в нее переродитесь.
На что им либерализм? Они из него не могут сделать никакого употребления, кроме злоупотребления.
О русских
Русский ум всего ярче сказывается в глупостях.
При крепостном праве мы были холопами чужой воли; получив волю размышлять, мы стали холопами чужой мысли.
Несчастье русских в том, что у них прекрасные дочери, но дурные жены и матери; русские женщины мастерицы влюбляться и нравиться, но не умеют ни любить, ни воспитывать.
Великоросс любит подчас, очертя голову, выбрать самое что ни на есть безнадежное и не расчетливое решение, противопоставляя капризу природы каприз собственной отваги. Эта наклонность дразнить счастье, играть в удачу и есть великорусский авось.
Русский культурный человек — дурак, набитый отбросами чужого ума.
Кстати, цитаты о русских
О любви
Прежде чем требовать, чтобы другие были достойны нашей любви, надобно заслужить их любовь.
Мужчина любит женщину чаще всего за то, что она его любит; женщина любит мужчину чаще всего за то, что он ею любуется.
Мужчина любит обыкновенно женщин, которых уважает; женщина обыкновенно уважает только мужчин, которых любит. Потому мужчина часто любит женщин, которых не стоит любить, а женщина часто уважает мужчин, которых не стоит уважать.
Дружба может обойтись без любви; любовь без дружбы – нет.
Кстати, цитаты о любви
О мужчинах
В восемнадцать лет мужчина обожает, в двадцать любит, в тридцать желает обладать, в сорок размышляет.
Мужчина видит в любой женщине то, что хочет из нее сделать, и обыкновенно делает из нее то, чем она не хочет быть.
Мужчина занимается женщиной, как химик своей лабораторией: он наблюдает в ней непонятные ему процессы, которые сам же и производит.
Мужчина слушает ушами, женщина глазами, первый — чтобы понять, что ему говорят, вторая — чтобы понравиться тому, кто с ней говорит.
Кстати, цитаты о мужчинах
О старости
Не старость сама по себе уважается, а прожитая жизнь. Если она была.
Любимое занятие старости — подделка воспоминаний.
Старики не родятся, а только умирают и, однако, все не переводятся.
Под старость глаза перемещаются со лба на затылок: начинаешь смотреть назад и ничего не видеть впереди, то есть живешь воспоминаниями, а не надеждами.
Так иногда пожилой женщине взгрустнется о неладно прожитой жизни, и она достанет из комода давно запрятанную туда любимую куклу, чтобы, глядя на нее, светлыми образами невозвратно минувшего детства скрасить тусклое пожилое настоящее.
О народе
Нельзя и стыдно перенимать чужой образ жизни, строй чувства и порядок отношений. Каждый порядочный народ все это должен иметь свое, как у каждого порядочного человека должна быть своя голова и своя жена.
Одним из отличительных признаков великого народа служит его способность подниматься на ноги после падения. Как бы ни тяжко было его унижение, но пробьёт урочный час, он соберёт свои растерянные нравственные силы и воплотит их в одном великом человеке или в нескольких великих людях, которые и выведут его на покинутую им временно прямую историческую дорогу.
Об искусстве
Искусство — суррогат жизни, потому искусство любят те, кому не удалась жизнь.
Тайна искусства писать — уметь быть первым читателем своего сочинения.
У нас сословное разделение труда действовало и в развитии искусства: поэзия развивалась дворянством, театр — купцами, красноречие — духовенством, живопись — крепостными художниками и палеховскими икономазами.
Музыка — акустический состав, вызывающий в нас аппетит к жизни, как известные аптечные составы вызывают аппетит к еде.
Кстати, цитаты об искусстве
О науке
Науку часто смешивают с знанием. Это грубое недоразумение. Наука есть не только знание, но и сознание, т. е. уменье пользоваться знанием как следует.
В науке надо повторять уроки, чтобы хорошо помнить их; в морали надо хорошо помнить ошибки, чтобы не повторять их.
Схоластика — точильный камень научного мышления: на нем камни не режут, но об камень вострят.
Статистика есть наука о том, как, не умея мыслить и понимать, заставить делать это цифры.
Кстати, цитаты о науке
О жизни
Жизнь учит лишь тех, кто ее изучает.
Жизнь не в том, чтобы жить, а в том, чтобы чувствовать, что живешь.
Жить — значит быть любимым. Он жил или она жила — это значит только одно: его или ее много любили.
Не будем спорить, пока идем; когда придем, пожмем друг другу руку и, может быть, найдем, что не о чем спорить.
Христы редко являются, как кометы, но Иуды не переводятся, как комары.
Кстати, цитаты о жизни
О мыслях
Мы всегда размышляем не своими мыслями, а пережевыванием чужих.
Мысль без морали — недомыслие, мораль без мысли — фанатизм.
Современная мысль до того изогнулась и извертелась, что стала похожа на старую балетную плясунью, которая, приподняв подол, еще может выделывать замысловатые и непристойные фигуры, но ходить прямо, твердо и просто уже не в состоянии.
Метафора или поясняет мысль, или заменяет ее. В первом случае метафора — поэзия, во втором — риторика или красноречие: красноречие есть подделка и мысли, и поэзии.
Кстати, цитаты о мыслях
О делах
Не начинайте дела, конец которого не в ваших руках.
Дело несделанное лучше дела испорченного, потому что первое можно сделать, а второго нельзя поправить.
Кто неспособен работать по 16 часов в сутки, тот не имел права родиться и должен быть устранен из жизни как узурпатор бытия.
Посеешь заботу — пожнешь инициативу.
Кстати, цитаты о работе
О писателях
Крупные писатели – фонари, которые в мирное время освещают путь толковым прохожим, которые разбивают негодяи и на которых в революции вешают бестолковых.
Романистов часто называют психологами. Но у них разные дела. Романист, изображая чужие души, рисует свою; психолог, наблюдая свою душу, думает, что он изучает чужие.
Писатели, как родители, любят наделять свои детища свойствами, которых лишены сами. Оттого герои у Мопассана всегда глупы, а у Толстого — умны.
О женщинах
Женщины все прощают, кроме одного – неприятного обращения с собою.
Женщина любит, чтобы ее понимали не как женщину, а как человека женского пола.
Вся житейская наука женщины состоит из трех незнаний: сначала она не знает, как добыть жениха, потом – как быть с мужем, наконец – как сбыть детей.
Дамы только тем и обнаруживают в себе присутствие ума, что часто сходят с него.
Кстати, цитаты о женщинах
О бедных и богатых
Время от времени бедные собираются вместе, конфискуют имущество богатых и начинают драться за раздел добычи, чтобы разбогатеть самим.
Богатые вредны не тем, что они богаты, а тем, что заставляют бедных чувствовать свою бедность. От уничтожения богатых бедные не сделаются богаче, но станут чувствовать себя менее бедными.
О молодежи
Молодежь что бабочки: летят на свет и попадают на огонь.
Ум современного молодого человека рано изнашивается усвоением чужих мыслей и теряет способность к самодеятельности и самостоятельности.
Молодость без молодых впечатлений; онанизированные преждевременными, непонятными им идеями, эти народные борцы потом станут заскорузлыми аферистами или казнокрадами.
О смерти
Смерть — величайший математик, ибо безошибочно решает все задачи.
Самое умное в жизни — все таки смерть, ибо только она исправляет все ошибки и глупости жизни.
Большинство людей умирает спокойно потому, что так же мало понимают, что с ними делается в эту минуту, как мало понимали, что они делали до этой минуты.
О таланте
Талант – искра божия, которой человек обыкновенно сжигает себя, освещая этим собственным пожаром путь другим.
Высшая задача таланта — своим произведением дать людям понять смысл и цену жизни.
Характер – власть над самим собой, талант – власть над другими.
О посредственности
В чем не знаешь толку, чего не понимаешь, то брани: это общее правило посредственности.
Бездарные люди – обыкновенно самые требовательные критики: не будучи в состоянии сделать простейшее из возможного и не зная, что и как делать, они требуют от других совсем невозможного.
Об историках
Историк задним умом крепок. Он знает настоящее с тыла, а не с лица. У историка пропасть воспоминаний и примеров, но нет ни чутья, ни предчувствий.
Надобно найти смысл и в бессмыслице: в этом неприятная обязанность историка, в умном деле найти смысл сумеет всякий философ.
О возрасте
У всякого возраста свои привилегии и свои неудобства.
Чем больше Вы живете, тем становитесь моложе.
В 50 лет необходимо иметь шляпу и два галстука, белый и черный: часто придется венчать и хоронить.
Кстати, цитаты про возраст
О книгах
Люди напряженно преследуют свои интересы, но книг не читают. Почему? Книги ли так неинтересны или интересы так некнижны?
В жизни ученого и писателя главные биографические факты — книги, важнейшие события — мысли.
Кстати, цитаты о книгах
О театре
Театральные слёзы отучают от житейских.
Скучен театр, когда на сцене видишь не людей, а актеров.
Когда актёр не понимает, кого он играет, он поневоле играет самого себя.
О благодарности
Благодарность не есть право того, кого благодарят, а есть долг того, кто благодарит; требовать благодарности – глупость; не быть благодарным – подлость.
Кто не любит просить, тот не любит обязываться, то есть боится быть благодарным.
О благотворительности
Благотворительность – больше родит потребностей, чем устраняет нужд.
Истинная цель дела благотворительности не в том, чтобы благотворить, а в том, чтобы некому было благотворить.
О добре
Добрый человек не тот, кто умеет делать добро, а тот, кто не умеет делать зла.
Добро, сделанное врагом, так же трудно забыть, как трудно запомнить добро, сделанное другом. За добро мы платим добром только врагу; за зло мстим и врагу, и другу.
Кстати, цитаты про добро
Об интеллигенции
Современный образованный человек полон своей собственной пустоты.
Есть такая слабогузая интеллигенция, которая ни о чем не может помолчать, ничего не может донести до места, а через газеты валит наружу все, чем засорится ее неразборчивый желудок.
О преподавателе
Чтобы быть хорошим преподавателем, нужно любить то, что преподаешь, и любить тех, кому преподаешь.
Преподавателям слово дано не для того, чтобы усыплять свою мысль, а чтобы будить чужую.
Кстати, цитаты об учителе
Об эгоистах
Эгоисты всех больше жалуются на эгоизм других, потому что всего больше от него страдают.
Кто очень любит себя, того не любят другие, потому что из деликатности не хотят быть его соперниками.
О школе и университете
В нынешней школе учатся только для того, чтобы разучиться что-нибудь понимать.
Студенты ценили профессоров, профессора понимали студентов, и те и другие гордились университетом. — О студентах.
Кстати, цитаты о школе
О будущем
Наше будущее тяжелее нашего прошлого и пустее настоящего.
Пролог ХХ века — пороховой завод, эпилог — барак Красного Креста.
О смехе
Кто смеется, тот не злится, потому что смеяться — значит прощать.
Самый веселый смех – это смеяться над теми, кто смеется над тобой.
Кстати, цитаты с юмором
Об успехе
Крупный успех составляется из множества предусмотренных и обдуманных мелочей.
Множество мелких успехов не являются гарантией большой победы.
Кстати, цитаты об успехе
О зле
Найти причину зла — почти то же, что найти против него лекарство.
Чтобы уметь быть злым, надо выучиться быть добрым: иначе будешь просто гадким.
Кстати, цитаты про зло
О детях
Привычки отцов, и дурные и хорошие, превращаются в пороки детей.
Чтобы образумились дети, должны умереть с голоду отцы.
Кстати, цитаты о детях
О творчестве
Творчество — высокий подвиг, а подвиг требует жертв.
Мудрено пишут только о том, чего не понимают.
Кстати, цитаты о творчестве
О медицине
У хорошего доктора лекарство не в аптеке, а в его собственной голове.
Гигиена учит, как быть цепной собакой собственного здоровья.
О дружбе
Дружба обыкновенно служит переходом от простого знакомства к вражде.
Кто имеет друзей, которые ненавидят друг друга, тот заслуживает их общей ненависти.
Кстати, цитаты о дружбе
О правде
В правду верят только мошенники, потому что верить можно в то, чего не понимаешь.
Он так изолгался, что не верит сам себе даже тогда, когда говорит правду.
Кстати, цитаты о правде
О свободе
Политическая свобода — родная дочь науки.
Под свободой совести обыкновенно разумеется свобода от совести.
Кстати, цитаты о свободе
О самодержавии
Русские цари — мертвецы в живой обстановке.
Русские цари — не механики при машине, а огородные чучела для хищных птиц.
Цари со временем переведутся; это мамонты, которые могли жить лишь в допотопное время.
Самодержавие нужно нам пока как стихийная сила, которая своей стихийностью может сдержать другие стихийные силы, еще худшие.
О разном
Уметь разборчиво писать – первое правило вежливости.
Нет ничего враждебнее культуре, чем цивилизация.
Не цветы виноваты, что слепой их не видит.
Когда кошка хочет поймать мышку, она притворяется мышкой.
Деспотизм кулака и деспотизм ласковой улыбки — к одинаковым результатам.
Повесе, чтобы соблазнить женщину, нужно больше тонкого понимания людей, чем Бисмарку, чтобы одурачить Европу.
Физический патриотизм — не любят родины, а тоскуют на чужбине.
Спорт становится любимым предметом размышления и скоро станет единственным методом мышления.
Глаза — не зеркало души, а ее зеркальные окна: сквозь них она видит улицу, но улица видит душу.
Поэзия разлита в обществе, как кислород в воздухе, и мы не чувствуем ее только потому, что ежеминутно ею живем, как не ощущаем кислорода потому, что ежеминутно им дышим.
Простейший способ не нуждаться в деньгах — не получать больше, чем нужно, а проживать меньше, чем можно.
Газета приучает читателя размышлять о том, чего он не знает, и знать то, что не понимает.
Как видим, Ключевский отличался критическим мышлением и порой определенной провокационностью высказываний. В тоже время он не был политическим радикалом и скорее предпочитал «срединный путь».
Цитаты о Ключевском
- П. Милюков: Славы большей, чем он достиг, он получить не сможет. Жить любовью к науке — вряд ли он может при его скептицизме… Теперь он признан, обеспечен; каждое слово его ловят с жадностью; но он устал, а главное, он не верит в науку: нет огня, нет жизни, страсти к ученой работе — и уже поэтому, нет школы и учеников.
- М. Нечкина: Уже давно мог бы он гордо нести свою славу, чувствовать себя знаменитым, любимым, незаменимым, но нет и тени высокой самооценки в его поведении, даже напротив — подчеркнутое игнорирование славы.
- Ю. Готье: Ключевский был в отношении характера и общественной деятельности настоящая «мокрая курица». Я ему так и говорил. Воля у него была только в его произведениях, а в жизни у него никакой воли не было… Ключевский всегда был у кого-нибудь под башмаком.
- Ф. Шаляпин: Говорил он… так удивительно ярко, что я видел людей, изображаемых им. Особенное впечатление произвели на меня диалоги между Шуйским и Борисом в исполнении Ключевского. Он так артистически передавал их, что, когда я слышал из его уст слова Шуйского, мне думалось: “Как жаль, что Василий Осипович не поет и не может сыграть со мною князя Василия!
- О. Мандельштам: Ключевский — добрый гений, домашний дух-покровитель русской культуры, с которым не страшны никакие бедствия, никакие испытания. (кстати, цитаты Осипа Мандельштама)
- А. Кара-Мурза: Главный урок Ключевского заключается в том, что любому политическому перевороту предшествует переворот нравственный.
Далее вы можете перейти к другим подборкам:
- цитаты Карамзина
- цитаты Толстого
- цитаты Чехова
- цитаты Достоевского
- цитаты Николая II
- цитаты Ленина
Буду признателен, если вы поделитесь с друзьями ссылкой на статью в социальных сетях. Воспользуйтесь кнопками сетей ниже.
Комментарии также всячески приветствуются!

Скорбным летом 1812-го князь Багратион, страшно переживавший отступление перед французами, написал Аракчееву: «Скажите, ради Бога, что нам Россия — наша мать скажет, что так страшимся и за что такое доброе и усердное Отечество отдается сволочам и вселяет в каждого подданного ненависть и посрамление? Чего трусить и кого бояться?» Голос Багратиона был голосом подавляющего большинства солдат, офицеров и генералов русской армии. В конце концов Наполеону в России помешали не русские морозы, а глубокий патриотизм народа, готового умереть, но не быть покоренным.
Жизнь за Отечество
Патриотический настрой… Этот фон всегда сопутствует войнам. Он связан с мотивацией. А она всегда для всех участников конфликта одна: враг будет разбит, победа будет за нами! Причем эта самая мотивация возникает сразу же, без идеологической обработки и обязательной в таких случаях пропаганды. Тут — глубинная, корневая причина: народ осознает беду… опытом многих поколений. И защищает свой дом, своих птенцов.
Вот, казалось бы, феномен. Накануне вторжения Наполеона вся Россия (во всяком случае, просвещенная, дворянская) говорила на французском лучше, чем на русском. Пила исключительно французские вина, носила французские платья, читала французских просветителей. Наше дворянство вообще было воспитано на французской культуре.
Но все изменилось в первые же дни войны, причем для всех без исключения сословий. Наполеон пришел освобождать русского мужика, а он взял в руки вилы. Россия за недели переменилась и научилась ненавидеть врага. Эта ненависть странным образом превратилась даже в мечту. Вот строки из походных записок поручика Чичерина: «Мечта отдать жизнь за сердце Отечества, жажда сразиться с неприятелем, возмущение напавшими на мою страну варварами, недостойными даже подбирать колоски на ее полях, надежда вскоре изгнать их, победить со славою — все это поднимало мой дух». Жизнь молодого офицера оборвалась под Кульмом…
Спустя век все повторилось. Летом 1914-го гимн «Боже, царя храни!» исполнялся до двадцати раз на дню. Эту данность, кстати, тонко прочувствовал режиссер Андрей Смирнов, который снимал в Задонске сцену объявления войны для своего фильма «Жила-была одна баба». Монарший рескрипт зачитывали на паперти Вла димирского собора, после чего все пели державный гимн. Этот эпизод был настолько важен для художника, что он решил переснять его со всей массовкой и актерами еще раз через год.
«… В этот вечер, ясный, нежный вечер, я впервые услышал за редким перелеском нарастающий гул «ура», с которым был взят В. Огнезарная птица победы в этот день слегка коснулась своим огромным крылом и меня». Это написал Николай Гумилев в своих знаменитых «Записках кавалериста». Поэт ушел на фронт добровольцем, а вернулся Георгиевским кавалером. Вот еще строки:
И так сладко рядить Победу,
Словно девушку, в жемчуга,
Проходя по дымному следу
Отступающего врага.
А свое самое грозное стихотворение «Убей его!» уже Константин Симонов написал после того, как побывал под Ельцом и Тербунами, увидел следы зверства фашистов. В газетах были заведены рубрики, например «Убил ли ты сегодня немца?» Под ними публиковались письма-отчеты бойцов о количестве убитых фашистов. К слову, когда наши вошли в Европу, лозунг потерял актуальность, и комиссары следили за тем, чтобы его больше не употребля-ли.
Что-то с памятью нашей стало…
Как далеко отстают от этих духовных порывов сегодняшние идейки, проекты, акции, иногда больше похожие на провокации. Недавно я присутствовал на заседании штаба по подготовке к юбилею Победы над фашизмом. Среди многих предложений было и такое: печатать лозунги Победы на… платежках за коммунальные услуги. На бумажках, в которых цифры, между прочим, все время растут.
Иногда предпраздничный раж доводит до абсурда и даже предательства. Готовясь к 200-летию Бородинской битвы, в городе Троицке под Москвой решили поставить памятник… Наполеону. Помешал президент Владимир Путин. Вмешался лично. А не то бы заготовили ножницы и красную ленточку, да нашли бы к открытию какого-нибудь маршала, который «служил при Бонапарте»… И все же в 2012 году наши казаки конным маршем прошли по территории шести государств и в Фонтебло (там Наполеон навсегда попрощался со своей гвардией) возложили цветы к памятнику узурпатору, залившему кровью всю Европу и только в России погубившему миллион человек. Минуло двести лет, и все забыто?..
А что же может случиться с правдой о третьей Отечественной, если уже сегодня — и семидесяти лет не прошло — говорят о главном вкладе в победу… американцев? Но пока извращенная память не выпестовала очередного идола, похожего на фюрера, вновь обратимся к Наполеону, именно эта фигура говорит о перевертыше в сознании целых наций и народов как о горьком симптоме: что может быть, если к собственной истории относиться наплевательски.
Случайно ли главными клиентами психбольниц ХIХ и ХХ веков были как раз «наполеоны». Не зря гоголевского Чичикова провинциальные чиновники приняли тоже за Наполеона. В Британии только в 1947 году отменили должность человека, обязанного в момент вторжения Hаполеона выстрелить из пушки. Так достал Европу Бонапарт! Но и сегодня книг об императоре — более двухсот тысяч. На Западе пытаются представить его едва ли не миссионером, эдаким благодетелем и мосье, который нес в Россию новую культуру… производственных отношений. Впрочем, Запад всегда декларирует, что несет миру «высокую» цивилизацию. Даже когда бомбит Белград, Багдад, Ливию, насаждая «права человека» и «общечеловеческие ценности». Но это повелось не вчера. Наполеон тоже хотел просветить русских. Он изуверствовал на нашей земле не меньше Гитлера. Просто у него было меньше времени и средств.
Мир забыл, как по прямому приказу Наполеона из России был налажен вывоз в качестве рабов крестьян, женщин и детей в «цивилизованную» Европу. Известен случай, когда 600 женщин с детьми заживо замёрзли, запертые в амбаре вблизи Березины. Русские не ответили подобными же бесчинствами в Европе и даже в Париже. От них грабежа ждали, а они молились в храмах, ухаживали за дамами, ну и выпивали в местных трактирах (помните, откуда пошло название «Бистро»?). Чтобы покончить с фигурой Бонапарта, приведем одну только его цитату: «…Я не могу быть спокоен за свои успехи в Европе, пока в России каждый год прибавляется полмиллиона детей». Вот что его заботило больше всего. То же самое, что и Гитлера. То же самое, что и нынешних врагов Отечества.
А теперь о памяти и памятниках. Уже нашим полководцам. Недавно в Калининграде был разграблен монумент в честь Барклая де Толли — варвары унесли в скупку чугунные решетки. А еще раньше, в 1932 году, на Бородинском поле был уничтожен монумент на батарее Раевского. Тогда же разрушили могилу Багратиона, а его останки выбросили вон. Только в 1987 году памятник восстановили, среди мусора была обнаружена часть костей полководца (67 фрагментов), которые затем были перезахоронены.
В последнее время были испорчены тонны бумаги по случаю кощунства бесов в женском обличье в храме Христа Спасителя. О чем только не писали! Забыли главное: святотатство было совершено в храме, который строил русский народ 49 лет на жертву — собранные по губерниям и деревням деньги, в честь победы русского оружия над Наполеоном. Строили памятник полвека, а взорвали уже в советское время за тридцать секунд…
Правда на все времена
Правду о войне (о войнах) обязаны сберечь для потомков не только историки, но и художники — слова, кисти, сцены, кино. К сожалению, они долгое время где-то прохлаждались, после Некрасова (Виктора), Астафьева, Бондарева, Бондарчука, Алова, Наумова, Шукшина как-то ничего значимого не возникло. В год 200-летия Бородинской битвы наш кинематограф сподобился только на фиглярскую комедию «Ржевский против Наполеона», ни на что другое духу не хватило. О чем говорить, если сам директор «Мосфильма» глубоко патриотичный Карен Шахназаров, проникнув в толщу драмы Великой Отечественной войны, снял мистическую ленту «Белый тигр» — про танк-убийцу? Деньги, время, усилия, талант потрачены на пустышку. Других тем о трагедии народа уже не отыскалось, пар ушел в свисток…
Про Вторую Отечественную фильмов вообще не снимали и романов значительных не писали. Таков был социальный заказ общества. И это нанесло значительный урон патриотическому воспитанию целых поколений.
История, говорил Ключевский, ничему не учит, но она строго наказывает за невыученные уроки. Об уроках Первой мировой стоит задуматься. Кто тогда оказался в выигрыше? Англия, Франция? Но в этих странах до сего дня оплакивают погибших — таких потерь они еще не знали. Германия была раздавлена буквально. Только в 2010 году ФРГ закончила выплату контрибуций. Не платил только Гитлер, что неудивительно для отморозка мирового масштаба.
В выигрыше оказались американцы, вступившие в войну в самом конце, но успевшие к дележу. Кстати, в конце Второй мировой было примерно то же самое. Союзники тянули с открытием второго фронта и все выгадывали: кто — кого? Логика у янки была простая: чем больше будет человеческих, экономических и прочих потерь с двух сторон — тем лучше. К тому же США навязали миру доллар, благодаря чему и процветают по сей день. Между прочим, тактика США не изменилась и сегодня: для них теперь каштаны из украинского огня снова таскают европейцы. Не удается им только «построить» Россию…
Источник
«Посеешь заботу — пожнешь инициативу»
«Жизнь не в том, чтобы жить, а в том, чтобы чувствовать, что живешь»
«У всякого возраста свои привилегии и свои неудобства»
«Молодежь, что бабочки: летят на свет и попадают на огонь»

Василий Ключевский
«Есть два рода дураков: одни не понимают того, что обязаны понимать все; другие понимают то, чего не должен понимать никто»
«Красивые женщины в старости бывают очень глупы только потому, что в молодости были очень красивы»
«Обыкновенно женятся на надеждах, выходят замуж за обещания. А так как исполнить свои обещания гораздо легче, чем оправдать чужие надежды, то чаще приходится встречать разочарованных мужей, чем обманутых жен»
«Надобно не жаловаться на то, что мало умных людей, а благодарить Бога за то, что они есть»

На лекции профессора Ключевского. Леонид Пастернак, 1909 год
«Чтобы согреть Россию, некоторые готовы ее сжечь»
«И москаль, и хохол — хитрые люди, и хитрость обоих выражается в притворстве. Но тот и другой притворяются по-своему: первый любит притворяться дураком, а второй — умным»
«Есть люди, которые становятся скотами, как только начинают обращаться с ними, как с людьми»
«Бездарные люди — обыкновенно самые требовательные критики: не будучи в состоянии сделать простейшее из возможного и не зная, что и как делать, они требуют от других совсем невозможного»

Из известных русских историков мои личные симпатии на стороне Василия Осиповича Ключевского.
С уважением отношусь и советую читать труды других великих: М.П. Погодина, Н.А. Полевого, Н.И. Костомарова, А.С. Лаппо-Данилевского… И все-таки Ключевский!
Для меня вначале была случайно прочитанная в седьмом классе его книга «Афоризмы об истории», а затем стал зарождаться устойчивый интерес к истории. Признаюсь, что и сейчас она в зоне постоянной видимости.
Жизнь любого историка не богата событиями. Как и Соловьев, Ключевский был сыном священника, не продолживший, как полагалось, путь отца. Василий Осипович был великим лектором. Писал немного. Но говорил! На его лекции, а работал он в четырех вузах, да еще репетитором у будущего Александра III был, приходили люди со стороны. Просто послушать. В детстве он заикался, не выговаривал несколько букв. Путем специальных многолетних упражнений довел свое ораторское искусство до совершенства. Русский Демосфен!
Ключевский, наверное, один из первых объектов интеллектуального пиратства. Придут, бывало, на лекцию со стенографисткой, запишут, издадут «Курс лекций», а гонорар заплатить забудут. Были проблемы.
Ключевский – ученик Соловьева. После смерти учителя стал читать курс русской истории в Московском университете. Во многом ученик разделял взгляды научного наставника. Но эпоха дала Ключевскому несколько другое восприятие истории.
Истинный историк всегда вне политической борьбы, над схваткой. В 1905 году Ключевский был избран членом Государственного Совета от Академии наук, но на следующий же день отказался от этого почетного поста. Однако, Василий Осипович не удержался от горнила политики. По списку кадетов баллотировался в Государственную Думу. Не прошел! И слава богу! Но обратите внимание – проблема с выбором достойных была всегда.
Уроки Ключевского
Урок первый: Россия – нормальная европейская страна и ее место в Европе. И никакого особого пути у России нет. Мысль очень дискуссионная. Кто мы? Пушкин отвечал так: «История России требует иной формулы…» Или он же: «В России есть один европеец – правительство России… и один европейский город – Петербург». Блок назвал нас скифами, а Андрей Вознесенский – Азиопой. Вечный вопрос, ответ на который порождает другой: «Что делать? То есть куда и за кем идти?»
Ключевский был англоманом. Царя надо ограничить мощным парламентом, как в Англии. Он искал парламентскую традицию в истории России. Десять лет писал диссертацию о Боярской Думе как предтече парламента. Много рассуждал об общинных крестьянских сходах. Доказывал законность избрания на Земских соборах Бориса Годунова и Михаила Романова. Короче, нормальные мы европейцы и парламентская традиция у нас есть! Эх, Василий Осипович, как бы с вами сейчас подискутировать хотелось… Кажется, мы приговорены решать эту проблему вечно.
Урок второй: в приоритете факторов истории – политика и экономика. А кто может возразить, что эти системы играют важную роль в истории? Это было время дискуссий о политико-экономическом развитии России. Политика и экономика – два каркаса, определяющие любой исторический путь народа. Он верил, что их можно вылечить эволюционным путем, то есть реформами. Вот его афоризм: «Политика должна быть не более и не менее как прикладной историей. Теперь она не более как отрицание истории и не менее как ее искажение». Не правда ли, как о нас сказано?
История – мстительная наука. Она не прощает ошибок и незнания ее. Один из самых известных афоризмов Ключевского: «История ничему не учит. Она только наказывает за невыученные уроки». Политики, не знающие истории, не ведают маршрута.
Урок третий: «История России – есть история страны, которая колонизируется…». Россия сама себя колонизировала. Она состоит из колоний. Карелия тоже была колонизирована, то есть освоена, новгородцами.
Колонизация Севера – важная веха в истории России. Кавказ, Поволжье, Сибирь были завоеваны. Но и Новгород был завоеван. На этой равнине другого сценария и не могло быть. У Британии, Франции, Испании колонии были где-то. Им тяжело было из них уходить. России уходить некуда и неоткуда. Без колоний ее нет. Как только кризис отношений центра и периферии выходит из берегов, она распадается. Только в XX веке распадалась дважды: 1917 и 1991. Правда, всегда возрождается – перпетуум феникс.
Кстати, у Ключевского есть еще странный афоризм: «В России центр на периферии». Россия – мозаичная цивилизация, выставка 200 народов. Все мировые религии, разные письменности, языковые семьи представлены в ней. «Россия – модель мира» (А. Тойнби)
Урок четвертый – «Россия – страна без естественных границ». Почему такая огромная страна? Разлейте стакан воды на ровном столе – сможете предсказать ее форму? Ох, уж эта равнина! Сколько про нее сказано… Только океаны и горы остановили Россию. От равнины и непрерывные войны. Россия впитала в себя всю мировую историю. Без нее не обходятся. Сытая, «коечнокаморочная» (И. Ильин) Европа это понимает. Россия – мост цивилизаций. Это ее главный геополитический аргумент.
Пятый урок – «История России – это женский непредсказуемый характер». «О, Русь! Куда несешься ты? Дай ответ. Не дает ответа». (Н. Гоголь) «История России – траектория полета птицы». (А. Блок) Тектонический характер границ России непрерывен – они все время меняются. История США – это проект. История России – судьба!
Итак, скоро год отечественной истории — 2012-й. Будут диспуты, публикации, книги, фильмы. На историю России, надеюсь, обратят внимание. Хотя бы формально. Сегодня интерес к ней падает. Особенно у молодежи. Это опасно.
Тем не менее, есть шанс задуматься об истории России, ее судьбе. Не упустим его.
«О, Русь! Куда несешься ты? Дай ответ. – В интернет!» (А. Вознесенский)
Предыдущие части исторического триптиха Михаила Гольденберга
Подготовил: Дмитрий Сироткин
Составил подборку цитат русского историка и преподавателя Василия Ключевского (1841—1911).
Он прославился своими афористичными высказываниями не только о российской истории, но и по многим жизненным вопросам.
Цитаты сведены по темам: человеческие проявления, Россия, религия, люди, счастье, глупость, слово, брак, ум, история, управление, русские, любовь, мужчины, старость, народ, искусство, наука, жизнь, мысли, дела, писатели, женщины, бедные и богатые, молодежь, смерть, талант, посредственность, историки, возраст, книги, театр, благодарность, благотворительность, и др.
О человеческих проявлениях
Когда нам плохо, мы думаем: «А где-то кому-то — хорошо.» Когда нам хорошо, мы редко думаем: «Где-то кому-то — плохо».
Когда нам плохо, плохое утешение думать, что другим ещё хуже.
Под сильными страстями часто скрывается только слабая воля.
Есть люди, которые становятся скотами, как только начинают обращаться с ними, как с людьми.
Различие между храбрым и трусом в том, что первый, сознавая опасность, не чувствует страха, а второй чувствует страх, не осознавая опасности.
Есть два рода нерешительных людей: одни нерешительны, потому что не могут сообразить никакого решения, другие — потому, что зараз соображают несколько решений. Первые нерешительны, потому что глупы, вторые кажутся глупыми, потому что нерешительны.
Всем можно гордиться, даже отсутствием гордости, как от всего можно одуреть, даже от собственного ума.
Справедливость – доблесть избранных натур, правдивость – долг каждого порядочного человека.
Откровенность – вовсе не доверчивость, а только дурная привычка размышлять вслух.
Самолюбивый человек тот, кто мнением других о себе дорожит больше, чем своим собственным. Итак, быть самолюбивым значит любить себя больше, чем других, и уважать других больше, чем себя.
Твёрдость убеждений – чаще инерция мысли, чем последовательность мышления.
Сладострастие есть не что иное, как властолюбивое самолюбие, разыгранное на женских прелестях.
О России
России больше нет: остались только русские.
В России центр на периферии.
Чтобы согреть Россию, некоторые готовы ее сжечь.
У нас нет ничего настоящего, а все суррогаты, подобия, пародии: quasi-министры, quasi-просвещение, quasi-общество, quasi-конституция, и вся наша жизнь есть только quasi una fantasia.
Можно благоговеть перед людьми, веровавшими в Россию, но не перед предметом их верования.
Это немцы учили нас исключительности. Наши же цели — вселенские.
Славянофильство — история двух-трех гостиных в Москве и двух-трех дел в московской полиции.
В нашем настоящем слишком много прошедшего; желательно было бы, чтобы вокруг нас было поменьше истории.
Любуясь, как реформа преображала русскую старину, не доглядели, как русская старина преображала реформу.
В России нет средних талантов, простых мастеров, а есть одинокие гении и миллионы никуда не годных людей. Гении ничего не могут сделать, потому что не имеют подмастерьев, а с миллионами ничего нельзя сделать, потому что у них нет мастеров. Первые бесполезны, потому что их слишком мало; вторые беспомощны, потому что их слишком много.
В России все элементы культуры парниковые, казенные: все и даже анархия воспитано и разведено на казенный счет.
Кстати, цитаты о России
О религии
Смотря на них, как они веруют в Бога, так и хочется уверовать в черта.
На Западе церковь без бога, в России бог без церкви.
Почему от священнослужителя требуют благочестия, когда врачу не вменяется в обязанность, леча других, самому быть здоровым?
Верует ли духовенство в Бога? Оно не понимает этого вопроса, потому что оно служит Богу.
Что такое Бог? Совокупность законов природы, нам непонятных, но нами ощущаемых и по хамству нашего ума нами олицетворяемых в образе творца и повелителя вселенной.
Разница между духовенством и другими русскими сословиями: здесь много пьяниц, там мало трезвых.
Атеисты всемилостивейше пожалованы в действительные статские христиане.
Обряд — религиозный пепел: он охраняет остаток религиозного жара от внешнего холода жизни.
Среднему статистическому пошлому человеку не нужна, даже тяжела религия. Она нужна только очень маленьким и очень большим людям: первых она поднимает, а вторых поддерживает на их высоте. Средние пошлые люди не нуждаются ни в подъеме, потому что им лень подниматься, ни в опоре, потому что им некуда падать.
Кстати, цитаты о религии
О людях
Человек — это величайшая скотина в мире.
Люди живут идолопоклонством перед идеалами, и когда недостает идеалов, они идеализируют идолов.
Интересней всего бывает узнать не то, о чем люди говорят, а то, о чем они умалчивают.
Было бы сердце, а печали найдутся.
Люди самолюбивые любят власть, люди честолюбивые – влияние, люди надменные ищут того и другого, люди размышляющие презирают и то и другое.
С некоторыми людьми можно ужиться, только не зная их.
Кто из людей презирает людей, должен презирать и себя самого, потому презирать людей вправе только животные.
Есть люди, главное достоинство которых в том, что они молчат.
Быть соседями не значит быть близкими.
Наблюдение чужих пороков очень полезно для самоисправления: собственный порок становится особенно противен, когда увидишь его в другом и почувствуешь, как неприятно обладать тем, что сейчас осмеял,ибо мы любим осмеять всех и вся, кроме себя и своего.
Кстати, цитаты о людях
О счастье
Быть счастливым значит не желать того, чего нельзя получить.
Счастье не в том, чтобы прожить благополучно, а в том, чтобы понять и почувствовать, в чем может оно состоять.
Самый верный и едва ли не единственный способ стать счастливым — это вообразить себя таким.
Что такое счастье? Это возможность напрячь свой ум и сердце до последней степени, когда они готовы разорваться.
Счастье не действительность, а только воспоминание: счастливыми кажутся нам наши минувшие годы, когда мы могли жить лучше, чем жилось, и жилось лучше, чем живется в минуту воспоминаний.
Счастлив тот, кто может жену любить, как любовницу, и несчастлив, кто любовнице позволяет любить себя, как мужа.
Хорошая женщина, выходя замуж, обещает счастье, дурная – ждет его.
Кстати, цитаты о счастье
О глупости
Самый непобедимый человек – это тот, кому не страшно быть глупым.
Глупость — самая дорогая роскошь, которую могут позволять себе только богатые люди.
Есть два рода дураков: одни не понимают того, что обязаны понимать все; другие понимают то, чего не должен понимать никто.
Умный тем отличается от дурака, что, когда оба разозлятся, умный становится дураком, а дурак умным.
Злой дурак злится на других за собственную глупость.
Лучше быть историческим Дон-Кихотом, чем чистым, математическим дураком.
О слове
Слово – великое оружие жизни.
Высшая степень искусства говорить — уменье молчать.
Крепкие слова не могут быть сильными доказательствами.
Кстати, цитаты о речи
О браке
Обыкновенно женятся на надеждах, выходят замуж за обещания. А так как исполнить свои обещания гораздо легче, чем оправдать чужие надежды, то чаще приходится встречать разочарованных мужей, чем обманутых жен.
Здравый и здоровый человек лепит Венеру Милосскую из своей Акулины и не видит в Венере Милосской ничего более своей Акулины.
Семейные ссоры – штатный ремонт ветшающей семейной любви.
Она в каждом мужчине ищет мужа, потому что в муже не нашла мужчины.
Гораздо легче стать отцом, чем остаться им.
Выбирая себе жену, надо помнить, что выбираешь мать своим детям, и как опекун своих детей должен позаботиться, чтобы жена по вкусу мужа была матерью по сердцу детям; чрез отца дети должны участвовать в выборе матери.
Кстати, цитаты о свадьбе
Об уме
Самый дорогой дар природы – веселый, насмешливый и добрый ум.
Надобно не жаловаться на то, что мало умных людей, а благодарить бога за то, что они есть.
Под здравым смыслом всякий разумеет только свой собственный.
Гораздо легче стать умным, чем перестать быть дураком.
Размышляющий человек должен бояться только самого себя, потому что должен быть единственным и беспощадным судьей самого себя.
Ум гибнет от противоречий, а сердце ими питается.
Жить своим умом не значит игнорировать чужой ум, а уметь и им пользоваться для понимания вещей.
Кто живет чужим трудом, тот неизбежно кончит тем, что начнет жить чужим умом, ибо свой ум вырабатывается только с помощью собственного труда.
Кстати, цитаты о разуме
Об истории
История ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков.
Логика в истории что математика в естествоведении.
Предмет истории — то в прошедшем, что не проходит, как наследство, урок, неконченый процесс, как вечный закон. Изучая дедов, узнаем внуков, т.е., изучая предков, узнаем самих себя.
Закономерность исторических явлений обратно пропорциональна их духовности.
Почему люди так любят изучать свое прошлое, свою историю? Вероятно, потому же, почему человек, споткнувшись с разбега, любит, поднявшись, оглянуться на место своего падения.
Политика должна быть не более и не менее как прикладной историей. Теперь она не более как отрицание истории и не менее как ее искажение.
Об управлении
Чтобы править людьми, нужно считать себя умнее всех, т. е. часть признавать больше целого, а так как это глупость, то править людьми могут только дураки.
Государству служат худшие люди, а лучшие — только худшими своими свойствами.
Бесплодность полицейских мер обнаруживала всегдашний прием плохих правительств — пресекая следствия зла, усиливать его причины.
Правительственные учреждения — как они могут быть проводниками права, сами будучи бесправными?
Бюрократия есть сила, утратившая цель своей деятельности и потому ставшая бесцельной, но не переставшая быть сильной. Вы без нее не обойдетесь или сами в нее переродитесь.
На что им либерализм? Они из него не могут сделать никакого употребления, кроме злоупотребления.
О русских
Русский ум всего ярче сказывается в глупостях.
При крепостном праве мы были холопами чужой воли; получив волю размышлять, мы стали холопами чужой мысли.
Несчастье русских в том, что у них прекрасные дочери, но дурные жены и матери; русские женщины мастерицы влюбляться и нравиться, но не умеют ни любить, ни воспитывать.
Великоросс любит подчас, очертя голову, выбрать самое что ни на есть безнадежное и не расчетливое решение, противопоставляя капризу природы каприз собственной отваги. Эта наклонность дразнить счастье, играть в удачу и есть великорусский авось.
Русский культурный человек — дурак, набитый отбросами чужого ума.
Кстати, цитаты о русских
О любви
Прежде чем требовать, чтобы другие были достойны нашей любви, надобно заслужить их любовь.
Мужчина любит женщину чаще всего за то, что она его любит; женщина любит мужчину чаще всего за то, что он ею любуется.
Мужчина любит обыкновенно женщин, которых уважает; женщина обыкновенно уважает только мужчин, которых любит. Потому мужчина часто любит женщин, которых не стоит любить, а женщина часто уважает мужчин, которых не стоит уважать.
Дружба может обойтись без любви; любовь без дружбы – нет.
Кстати, цитаты о любви
О мужчинах
В восемнадцать лет мужчина обожает, в двадцать любит, в тридцать желает обладать, в сорок размышляет.
Мужчина видит в любой женщине то, что хочет из нее сделать, и обыкновенно делает из нее то, чем она не хочет быть.
Мужчина занимается женщиной, как химик своей лабораторией: он наблюдает в ней непонятные ему процессы, которые сам же и производит.
Мужчина слушает ушами, женщина глазами, первый — чтобы понять, что ему говорят, вторая — чтобы понравиться тому, кто с ней говорит.
Кстати, цитаты о мужчинах
О старости
Не старость сама по себе уважается, а прожитая жизнь. Если она была.
Любимое занятие старости — подделка воспоминаний.
Старики не родятся, а только умирают и, однако, все не переводятся.
Под старость глаза перемещаются со лба на затылок: начинаешь смотреть назад и ничего не видеть впереди, то есть живешь воспоминаниями, а не надеждами.
Так иногда пожилой женщине взгрустнется о неладно прожитой жизни, и она достанет из комода давно запрятанную туда любимую куклу, чтобы, глядя на нее, светлыми образами невозвратно минувшего детства скрасить тусклое пожилое настоящее.
О народе
Нельзя и стыдно перенимать чужой образ жизни, строй чувства и порядок отношений. Каждый порядочный народ все это должен иметь свое, как у каждого порядочного человека должна быть своя голова и своя жена.
Одним из отличительных признаков великого народа служит его способность подниматься на ноги после падения. Как бы ни тяжко было его унижение, но пробьёт урочный час, он соберёт свои растерянные нравственные силы и воплотит их в одном великом человеке или в нескольких великих людях, которые и выведут его на покинутую им временно прямую историческую дорогу.
Об искусстве
Искусство — суррогат жизни, потому искусство любят те, кому не удалась жизнь.
Тайна искусства писать — уметь быть первым читателем своего сочинения.
У нас сословное разделение труда действовало и в развитии искусства: поэзия развивалась дворянством, театр — купцами, красноречие — духовенством, живопись — крепостными художниками и палеховскими икономазами.
Музыка — акустический состав, вызывающий в нас аппетит к жизни, как известные аптечные составы вызывают аппетит к еде.
Кстати, цитаты об искусстве
О науке
Науку часто смешивают с знанием. Это грубое недоразумение. Наука есть не только знание, но и сознание, т. е. уменье пользоваться знанием как следует.
В науке надо повторять уроки, чтобы хорошо помнить их; в морали надо хорошо помнить ошибки, чтобы не повторять их.
Схоластика — точильный камень научного мышления: на нем камни не режут, но об камень вострят.
Статистика есть наука о том, как, не умея мыслить и понимать, заставить делать это цифры.
Кстати, цитаты о науке
О жизни
Жизнь учит лишь тех, кто ее изучает.
Жизнь не в том, чтобы жить, а в том, чтобы чувствовать, что живешь.
Жить — значит быть любимым. Он жил или она жила — это значит только одно: его или ее много любили.
Не будем спорить, пока идем; когда придем, пожмем друг другу руку и, может быть, найдем, что не о чем спорить.
Христы редко являются, как кометы, но Иуды не переводятся, как комары.
Кстати, цитаты о жизни
О мыслях
Мы всегда размышляем не своими мыслями, а пережевыванием чужих.
Мысль без морали — недомыслие, мораль без мысли — фанатизм.
Современная мысль до того изогнулась и извертелась, что стала похожа на старую балетную плясунью, которая, приподняв подол, еще может выделывать замысловатые и непристойные фигуры, но ходить прямо, твердо и просто уже не в состоянии.
Метафора или поясняет мысль, или заменяет ее. В первом случае метафора — поэзия, во втором — риторика или красноречие: красноречие есть подделка и мысли, и поэзии.
Кстати, цитаты о мыслях
О делах
Не начинайте дела, конец которого не в ваших руках.
Дело несделанное лучше дела испорченного, потому что первое можно сделать, а второго нельзя поправить.
Кто неспособен работать по 16 часов в сутки, тот не имел права родиться и должен быть устранен из жизни как узурпатор бытия.
Посеешь заботу — пожнешь инициативу.
Кстати, цитаты о работе
О писателях
Крупные писатели – фонари, которые в мирное время освещают путь толковым прохожим, которые разбивают негодяи и на которых в революции вешают бестолковых.
Романистов часто называют психологами. Но у них разные дела. Романист, изображая чужие души, рисует свою; психолог, наблюдая свою душу, думает, что он изучает чужие.
Писатели, как родители, любят наделять свои детища свойствами, которых лишены сами. Оттого герои у Мопассана всегда глупы, а у Толстого — умны.
О женщинах
Женщины все прощают, кроме одного – неприятного обращения с собою.
Женщина любит, чтобы ее понимали не как женщину, а как человека женского пола.
Вся житейская наука женщины состоит из трех незнаний: сначала она не знает, как добыть жениха, потом – как быть с мужем, наконец – как сбыть детей.
Дамы только тем и обнаруживают в себе присутствие ума, что часто сходят с него.
Кстати, цитаты о женщинах
О бедных и богатых
Время от времени бедные собираются вместе, конфискуют имущество богатых и начинают драться за раздел добычи, чтобы разбогатеть самим.
Богатые вредны не тем, что они богаты, а тем, что заставляют бедных чувствовать свою бедность. От уничтожения богатых бедные не сделаются богаче, но станут чувствовать себя менее бедными.
О молодежи
Молодежь что бабочки: летят на свет и попадают на огонь.
Ум современного молодого человека рано изнашивается усвоением чужих мыслей и теряет способность к самодеятельности и самостоятельности.
Молодость без молодых впечатлений; онанизированные преждевременными, непонятными им идеями, эти народные борцы потом станут заскорузлыми аферистами или казнокрадами.
О смерти
Смерть — величайший математик, ибо безошибочно решает все задачи.
Самое умное в жизни — все таки смерть, ибо только она исправляет все ошибки и глупости жизни.
Большинство людей умирает спокойно потому, что так же мало понимают, что с ними делается в эту минуту, как мало понимали, что они делали до этой минуты.
О таланте
Талант – искра божия, которой человек обыкновенно сжигает себя, освещая этим собственным пожаром путь другим.
Высшая задача таланта — своим произведением дать людям понять смысл и цену жизни.
Характер – власть над самим собой, талант – власть над другими.
О посредственности
В чем не знаешь толку, чего не понимаешь, то брани: это общее правило посредственности.
Бездарные люди – обыкновенно самые требовательные критики: не будучи в состоянии сделать простейшее из возможного и не зная, что и как делать, они требуют от других совсем невозможного.
Об историках
Историк задним умом крепок. Он знает настоящее с тыла, а не с лица. У историка пропасть воспоминаний и примеров, но нет ни чутья, ни предчувствий.
Надобно найти смысл и в бессмыслице: в этом неприятная обязанность историка, в умном деле найти смысл сумеет всякий философ.
О возрасте
У всякого возраста свои привилегии и свои неудобства.
Чем больше Вы живете, тем становитесь моложе.
В 50 лет необходимо иметь шляпу и два галстука, белый и черный: часто придется венчать и хоронить.
Кстати, цитаты про возраст
О книгах
Люди напряженно преследуют свои интересы, но книг не читают. Почему? Книги ли так неинтересны или интересы так некнижны?
В жизни ученого и писателя главные биографические факты — книги, важнейшие события — мысли.
Кстати, цитаты о книгах
О театре
Театральные слёзы отучают от житейских.
Скучен театр, когда на сцене видишь не людей, а актеров.
Когда актёр не понимает, кого он играет, он поневоле играет самого себя.
О благодарности
Благодарность не есть право того, кого благодарят, а есть долг того, кто благодарит; требовать благодарности – глупость; не быть благодарным – подлость.
Кто не любит просить, тот не любит обязываться, то есть боится быть благодарным.
О благотворительности
Благотворительность – больше родит потребностей, чем устраняет нужд.
Истинная цель дела благотворительности не в том, чтобы благотворить, а в том, чтобы некому было благотворить.
О добре
Добрый человек не тот, кто умеет делать добро, а тот, кто не умеет делать зла.
Добро, сделанное врагом, так же трудно забыть, как трудно запомнить добро, сделанное другом. За добро мы платим добром только врагу; за зло мстим и врагу, и другу.
Кстати, цитаты про добро
Об интеллигенции
Современный образованный человек полон своей собственной пустоты.
Есть такая слабогузая интеллигенция, которая ни о чем не может помолчать, ничего не может донести до места, а через газеты валит наружу все, чем засорится ее неразборчивый желудок.
О преподавателе
Чтобы быть хорошим преподавателем, нужно любить то, что преподаешь, и любить тех, кому преподаешь.
Преподавателям слово дано не для того, чтобы усыплять свою мысль, а чтобы будить чужую.
Кстати, цитаты об учителе
Об эгоистах
Эгоисты всех больше жалуются на эгоизм других, потому что всего больше от него страдают.
Кто очень любит себя, того не любят другие, потому что из деликатности не хотят быть его соперниками.
О школе и университете
В нынешней школе учатся только для того, чтобы разучиться что-нибудь понимать.
Студенты ценили профессоров, профессора понимали студентов, и те и другие гордились университетом. — О студентах.
Кстати, цитаты о школе
О будущем
Наше будущее тяжелее нашего прошлого и пустее настоящего.
Пролог ХХ века — пороховой завод, эпилог — барак Красного Креста.
О смехе
Кто смеется, тот не злится, потому что смеяться — значит прощать.
Самый веселый смех – это смеяться над теми, кто смеется над тобой.
Кстати, цитаты с юмором
Об успехе
Крупный успех составляется из множества предусмотренных и обдуманных мелочей.
Множество мелких успехов не являются гарантией большой победы.
Кстати, цитаты об успехе
О зле
Найти причину зла — почти то же, что найти против него лекарство.
Чтобы уметь быть злым, надо выучиться быть добрым: иначе будешь просто гадким.
Кстати, цитаты про зло
О детях
Привычки отцов, и дурные и хорошие, превращаются в пороки детей.
Чтобы образумились дети, должны умереть с голоду отцы.
Кстати, цитаты о детях
О творчестве
Творчество — высокий подвиг, а подвиг требует жертв.
Мудрено пишут только о том, чего не понимают.
Кстати, цитаты о творчестве
О медицине
У хорошего доктора лекарство не в аптеке, а в его собственной голове.
Гигиена учит, как быть цепной собакой собственного здоровья.
О дружбе
Дружба обыкновенно служит переходом от простого знакомства к вражде.
Кто имеет друзей, которые ненавидят друг друга, тот заслуживает их общей ненависти.
Кстати, цитаты о дружбе
О правде
В правду верят только мошенники, потому что верить можно в то, чего не понимаешь.
Он так изолгался, что не верит сам себе даже тогда, когда говорит правду.
Кстати, цитаты о правде
О свободе
Политическая свобода — родная дочь науки.
Под свободой совести обыкновенно разумеется свобода от совести.
Кстати, цитаты о свободе
О самодержавии
Русские цари — мертвецы в живой обстановке.
Русские цари — не механики при машине, а огородные чучела для хищных птиц.
Цари со временем переведутся; это мамонты, которые могли жить лишь в допотопное время.
Самодержавие нужно нам пока как стихийная сила, которая своей стихийностью может сдержать другие стихийные силы, еще худшие.
О разном
Уметь разборчиво писать – первое правило вежливости.
Нет ничего враждебнее культуре, чем цивилизация.
Не цветы виноваты, что слепой их не видит.
Когда кошка хочет поймать мышку, она притворяется мышкой.
Деспотизм кулака и деспотизм ласковой улыбки — к одинаковым результатам.
Повесе, чтобы соблазнить женщину, нужно больше тонкого понимания людей, чем Бисмарку, чтобы одурачить Европу.
Физический патриотизм — не любят родины, а тоскуют на чужбине.
Спорт становится любимым предметом размышления и скоро станет единственным методом мышления.
Глаза — не зеркало души, а ее зеркальные окна: сквозь них она видит улицу, но улица видит душу.
Поэзия разлита в обществе, как кислород в воздухе, и мы не чувствуем ее только потому, что ежеминутно ею живем, как не ощущаем кислорода потому, что ежеминутно им дышим.
Простейший способ не нуждаться в деньгах — не получать больше, чем нужно, а проживать меньше, чем можно.
Газета приучает читателя размышлять о том, чего он не знает, и знать то, что не понимает.
Как видим, Ключевский отличался критическим мышлением и порой определенной провокационностью высказываний. В тоже время он не был политическим радикалом и скорее предпочитал «срединный путь».
Цитаты о Ключевском
- П. Милюков: Славы большей, чем он достиг, он получить не сможет. Жить любовью к науке — вряд ли он может при его скептицизме… Теперь он признан, обеспечен; каждое слово его ловят с жадностью; но он устал, а главное, он не верит в науку: нет огня, нет жизни, страсти к ученой работе — и уже поэтому, нет школы и учеников.
- М. Нечкина: Уже давно мог бы он гордо нести свою славу, чувствовать себя знаменитым, любимым, незаменимым, но нет и тени высокой самооценки в его поведении, даже напротив — подчеркнутое игнорирование славы.
- Ю. Готье: Ключевский был в отношении характера и общественной деятельности настоящая «мокрая курица». Я ему так и говорил. Воля у него была только в его произведениях, а в жизни у него никакой воли не было… Ключевский всегда был у кого-нибудь под башмаком.
- Ф. Шаляпин: Говорил он… так удивительно ярко, что я видел людей, изображаемых им. Особенное впечатление произвели на меня диалоги между Шуйским и Борисом в исполнении Ключевского. Он так артистически передавал их, что, когда я слышал из его уст слова Шуйского, мне думалось: “Как жаль, что Василий Осипович не поет и не может сыграть со мною князя Василия!
- О. Мандельштам: Ключевский — добрый гений, домашний дух-покровитель русской культуры, с которым не страшны никакие бедствия, никакие испытания. (кстати, цитаты Осипа Мандельштама)
- А. Кара-Мурза: Главный урок Ключевского заключается в том, что любому политическому перевороту предшествует переворот нравственный.
Далее вы можете перейти к другим подборкам:
- цитаты Карамзина
- цитаты Толстого
- цитаты Чехова
- цитаты Достоевского
- цитаты Николая II
- цитаты Ленина
Буду признателен, если вы поделитесь с друзьями ссылкой на статью в социальных сетях. Воспользуйтесь кнопками сетей ниже.
Комментарии также всячески приветствуются!

Скорбным летом 1812-го князь Багратион, страшно переживавший отступление перед французами, написал Аракчееву: «Скажите, ради Бога, что нам Россия — наша мать скажет, что так страшимся и за что такое доброе и усердное Отечество отдается сволочам и вселяет в каждого подданного ненависть и посрамление? Чего трусить и кого бояться?» Голос Багратиона был голосом подавляющего большинства солдат, офицеров и генералов русской армии. В конце концов Наполеону в России помешали не русские морозы, а глубокий патриотизм народа, готового умереть, но не быть покоренным.
Жизнь за Отечество
Патриотический настрой… Этот фон всегда сопутствует войнам. Он связан с мотивацией. А она всегда для всех участников конфликта одна: враг будет разбит, победа будет за нами! Причем эта самая мотивация возникает сразу же, без идеологической обработки и обязательной в таких случаях пропаганды. Тут — глубинная, корневая причина: народ осознает беду… опытом многих поколений. И защищает свой дом, своих птенцов.
Вот, казалось бы, феномен. Накануне вторжения Наполеона вся Россия (во всяком случае, просвещенная, дворянская) говорила на французском лучше, чем на русском. Пила исключительно французские вина, носила французские платья, читала французских просветителей. Наше дворянство вообще было воспитано на французской культуре.
Но все изменилось в первые же дни войны, причем для всех без исключения сословий. Наполеон пришел освобождать русского мужика, а он взял в руки вилы. Россия за недели переменилась и научилась ненавидеть врага. Эта ненависть странным образом превратилась даже в мечту. Вот строки из походных записок поручика Чичерина: «Мечта отдать жизнь за сердце Отечества, жажда сразиться с неприятелем, возмущение напавшими на мою страну варварами, недостойными даже подбирать колоски на ее полях, надежда вскоре изгнать их, победить со славою — все это поднимало мой дух». Жизнь молодого офицера оборвалась под Кульмом…
Спустя век все повторилось. Летом 1914-го гимн «Боже, царя храни!» исполнялся до двадцати раз на дню. Эту данность, кстати, тонко прочувствовал режиссер Андрей Смирнов, который снимал в Задонске сцену объявления войны для своего фильма «Жила-была одна баба». Монарший рескрипт зачитывали на паперти Вла димирского собора, после чего все пели державный гимн. Этот эпизод был настолько важен для художника, что он решил переснять его со всей массовкой и актерами еще раз через год.
«… В этот вечер, ясный, нежный вечер, я впервые услышал за редким перелеском нарастающий гул «ура», с которым был взят В. Огнезарная птица победы в этот день слегка коснулась своим огромным крылом и меня». Это написал Николай Гумилев в своих знаменитых «Записках кавалериста». Поэт ушел на фронт добровольцем, а вернулся Георгиевским кавалером. Вот еще строки:
И так сладко рядить Победу,
Словно девушку, в жемчуга,
Проходя по дымному следу
Отступающего врага.
А свое самое грозное стихотворение «Убей его!» уже Константин Симонов написал после того, как побывал под Ельцом и Тербунами, увидел следы зверства фашистов. В газетах были заведены рубрики, например «Убил ли ты сегодня немца?» Под ними публиковались письма-отчеты бойцов о количестве убитых фашистов. К слову, когда наши вошли в Европу, лозунг потерял актуальность, и комиссары следили за тем, чтобы его больше не употребля-ли.
Что-то с памятью нашей стало…
Как далеко отстают от этих духовных порывов сегодняшние идейки, проекты, акции, иногда больше похожие на провокации. Недавно я присутствовал на заседании штаба по подготовке к юбилею Победы над фашизмом. Среди многих предложений было и такое: печатать лозунги Победы на… платежках за коммунальные услуги. На бумажках, в которых цифры, между прочим, все время растут.
Иногда предпраздничный раж доводит до абсурда и даже предательства. Готовясь к 200-летию Бородинской битвы, в городе Троицке под Москвой решили поставить памятник… Наполеону. Помешал президент Владимир Путин. Вмешался лично. А не то бы заготовили ножницы и красную ленточку, да нашли бы к открытию какого-нибудь маршала, который «служил при Бонапарте»… И все же в 2012 году наши казаки конным маршем прошли по территории шести государств и в Фонтебло (там Наполеон навсегда попрощался со своей гвардией) возложили цветы к памятнику узурпатору, залившему кровью всю Европу и только в России погубившему миллион человек. Минуло двести лет, и все забыто?..
А что же может случиться с правдой о третьей Отечественной, если уже сегодня — и семидесяти лет не прошло — говорят о главном вкладе в победу… американцев? Но пока извращенная память не выпестовала очередного идола, похожего на фюрера, вновь обратимся к Наполеону, именно эта фигура говорит о перевертыше в сознании целых наций и народов как о горьком симптоме: что может быть, если к собственной истории относиться наплевательски.
Случайно ли главными клиентами психбольниц ХIХ и ХХ веков были как раз «наполеоны». Не зря гоголевского Чичикова провинциальные чиновники приняли тоже за Наполеона. В Британии только в 1947 году отменили должность человека, обязанного в момент вторжения Hаполеона выстрелить из пушки. Так достал Европу Бонапарт! Но и сегодня книг об императоре — более двухсот тысяч. На Западе пытаются представить его едва ли не миссионером, эдаким благодетелем и мосье, который нес в Россию новую культуру… производственных отношений. Впрочем, Запад всегда декларирует, что несет миру «высокую» цивилизацию. Даже когда бомбит Белград, Багдад, Ливию, насаждая «права человека» и «общечеловеческие ценности». Но это повелось не вчера. Наполеон тоже хотел просветить русских. Он изуверствовал на нашей земле не меньше Гитлера. Просто у него было меньше времени и средств.
Мир забыл, как по прямому приказу Наполеона из России был налажен вывоз в качестве рабов крестьян, женщин и детей в «цивилизованную» Европу. Известен случай, когда 600 женщин с детьми заживо замёрзли, запертые в амбаре вблизи Березины. Русские не ответили подобными же бесчинствами в Европе и даже в Париже. От них грабежа ждали, а они молились в храмах, ухаживали за дамами, ну и выпивали в местных трактирах (помните, откуда пошло название «Бистро»?). Чтобы покончить с фигурой Бонапарта, приведем одну только его цитату: «…Я не могу быть спокоен за свои успехи в Европе, пока в России каждый год прибавляется полмиллиона детей». Вот что его заботило больше всего. То же самое, что и Гитлера. То же самое, что и нынешних врагов Отечества.
А теперь о памяти и памятниках. Уже нашим полководцам. Недавно в Калининграде был разграблен монумент в честь Барклая де Толли — варвары унесли в скупку чугунные решетки. А еще раньше, в 1932 году, на Бородинском поле был уничтожен монумент на батарее Раевского. Тогда же разрушили могилу Багратиона, а его останки выбросили вон. Только в 1987 году памятник восстановили, среди мусора была обнаружена часть костей полководца (67 фрагментов), которые затем были перезахоронены.
В последнее время были испорчены тонны бумаги по случаю кощунства бесов в женском обличье в храме Христа Спасителя. О чем только не писали! Забыли главное: святотатство было совершено в храме, который строил русский народ 49 лет на жертву — собранные по губерниям и деревням деньги, в честь победы русского оружия над Наполеоном. Строили памятник полвека, а взорвали уже в советское время за тридцать секунд…
Правда на все времена
Правду о войне (о войнах) обязаны сберечь для потомков не только историки, но и художники — слова, кисти, сцены, кино. К сожалению, они долгое время где-то прохлаждались, после Некрасова (Виктора), Астафьева, Бондарева, Бондарчука, Алова, Наумова, Шукшина как-то ничего значимого не возникло. В год 200-летия Бородинской битвы наш кинематограф сподобился только на фиглярскую комедию «Ржевский против Наполеона», ни на что другое духу не хватило. О чем говорить, если сам директор «Мосфильма» глубоко патриотичный Карен Шахназаров, проникнув в толщу драмы Великой Отечественной войны, снял мистическую ленту «Белый тигр» — про танк-убийцу? Деньги, время, усилия, талант потрачены на пустышку. Других тем о трагедии народа уже не отыскалось, пар ушел в свисток…
Про Вторую Отечественную фильмов вообще не снимали и романов значительных не писали. Таков был социальный заказ общества. И это нанесло значительный урон патриотическому воспитанию целых поколений.
История, говорил Ключевский, ничему не учит, но она строго наказывает за невыученные уроки. Об уроках Первой мировой стоит задуматься. Кто тогда оказался в выигрыше? Англия, Франция? Но в этих странах до сего дня оплакивают погибших — таких потерь они еще не знали. Германия была раздавлена буквально. Только в 2010 году ФРГ закончила выплату контрибуций. Не платил только Гитлер, что неудивительно для отморозка мирового масштаба.
В выигрыше оказались американцы, вступившие в войну в самом конце, но успевшие к дележу. Кстати, в конце Второй мировой было примерно то же самое. Союзники тянули с открытием второго фронта и все выгадывали: кто — кого? Логика у янки была простая: чем больше будет человеческих, экономических и прочих потерь с двух сторон — тем лучше. К тому же США навязали миру доллар, благодаря чему и процветают по сей день. Между прочим, тактика США не изменилась и сегодня: для них теперь каштаны из украинского огня снова таскают европейцы. Не удается им только «построить» Россию…
Источник
На
первый взгляд может «оказаться, что не
мог выдающийся русский историк В. О.
Ключевский сказать, что история ничему
не учит. По-моему, Ключевский хотел
подчеркнуть, что если мы не знаем истории,
то за это будем наказаны в жизни. И я с
ним согласна.
История
— одна из древнейших наук. Она возникла
с появлением человека на земле. Изучая
историю, мы рассматриваем путь человечества
на протяжении тысячелетий, т.е. мы изучаем
исторический процесс. Исторический
процесс -это последовательная череда
сменяющих друг друга событий, в которых
проявилась деятельность многих поколений
людей.
За историей кроются
события; те или иные прошедшие или
проходящие явления, факты общественной
жизни. И каждое историческое событие
обладает специфическими, только ему
присущими чертами, и выяснение этих
черт дает возможность полнее, красочнее
представить то или иное событие. Кроме
того, каждое историческое событие имеет
важное значение.
Необходимо
изучать исторические события, чтобы
извлечь правильный урок. Конечно, история
никогда не повторяется дважды. Ведь
социальные науки отличаются от
естественных, где какое-то физическое
явление можно воспроизвести какое
угодно количество раз. Но и в истории
присутствуют свои закономерности. Зная
их, легче прогнозировать современное
социальное развитие, предотвратить
беду. Говорят французский король Людовик
ХVI
перед казнью читал книгу об английском
короле Карле I,
которого тоже казнили революционеры.
А прочитай он книгу раньше, может и не
совершил бы ошибок, которые спровоцировали
революцию во Франции.
Мне
хотелось бы привести примеры из истории
России. Наполеон Бонапарт вторгся на
территорию России с целью ее захвата.
И ему даже казалось, что со взятием
Москвы, Россия окажется в его руках. И
как позорен был его побег из России! В
своих воспоминаниях он предостерегал
других о том, что не стоит воевать с
Россией. Но честолюбивый фашистский
лидер Адольф Гитлер решил вновь идти
на Россию. Чем это закончилось?! Разгромом
гитлеровской Германии в Берлине. Вот
оно — наказание за незнание истории,
неумение делать соответствующие выводов.
В обычной жизни происходит то же самое.
Итак, можно сделать выводы, что история
не прощает ее незнания.
8. «Прогресс есть замена одних неприятностей другими». (X. Эллис)
Мы
гордимся тем, что живем в век
научно-технического прогресса. Что же
такое прогресс? Направление развития,
для которого характерны переход от
низшего к высшему, от Менее совершенного
к более совершенному. Неужели Эллис
отрицательно относился к прогрессу?
Наверное, на самом деле он хотел
подчеркнуть его противоречивость. И
тогда я с ним, совершенно согласна. Я
считаю, что прогресс противоречив, т.е.
наряду с положительными сторонами имеет
и отрицательные моменты..
Так,
на протяжении истории четко прослеживается
прогресс техники: от каменных орудий к
железным, от ручных орудий к машинам,
от использования мускульной силы
человека и животных к паровым двигателям,
электрическим генераторам, атомным
электростанциям, от перевозки на вьючных
животных к автомобилям, скоростным
поездам, самолетам, от деревянных счетов
с костяшками для осуществления простых
математических операций к мощным
компьютерам.
Но
прогресс техники, развитие индустрии,
химизация и другие изменения в области
производства привели к разрушению
природы, к непоправимому ущербу для
среды обитания человека, к подрыву основ
существования общества, к появлению
глобальных проблем.
Возьмем
другой пример. Открытия в области ядерной
физики дали возможность получить новый
источник энергии, были созданы атомные
электростанции. Это, безусловно, прогресс.
Но в то же время зги открытия создали
мощное атомное оружие. В августе 1945 года
были сброшены атомные бомбы на города
Хиросима и Нагасаки. Города были
разрушены, убиты и ранены тысячи ни в
чем не повинных мирных жителей. А
чернобыльская трагедия, происшедшая в
апреле 1986 года на Чернобыльской АЭС, до
сих пор пагубно сказывается как на
природе, так и на здоровье мирных людей.
Таким
образом, попытки ускорить прогресс
иногда оборачиваются непомерно высокой
ценой. Прогресс в одной сфере жизни
общества может сопровождаться регрессом
в другой, тем не менее, я считаю, что
жизнь без прогресса невозможна, к нему
нужно стремиться. Однако критерием
прогресса должен быть гуманизм.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
- #
- #
- #
21.05.20153.13 Mб35.doc
- #
- #
- #
- #
- #
- #
- #
- #
Для того, чтобы иметь более или менее полное представление о событиях смуты конца XVI — начала XVII века фактов, приведённых в Части 1 настоящей записки, недостаточно. Но и обращение к более полным и детальным сводкам событий тех лет[50] не позволяет ответить на вопрос об алгоритмике смуты и её преодолении, поскольку даёт только представление о хронологической последовательности событий, об их географической локализации, а также — отчасти об их взаимосвязях. Но всё, что касается мотивации действий руководителей, состояния «общественного мнения» в разных социальных слоях, динамики изменения мотивации руководителей и динамики изменений «общественного мнения» в процессе течения событий, — всё это остаётся вне такого рода сводок.
Обращение к монографиям на тему смуты конца XVI — начала XVII веков тоже не очень-то позволяет найти готовый ответ на вопрос о характере алгоритмики смуты, поскольку в монографиях по проблематике истории находят своё выражение интерпретации фактов и описаний фактов потомками, а не свидетельства участников событий, не их исповеди, в которых можно было бы прочитать и текст, и подтекст. К тому же работники исторической науки в большинстве своём решают пропагандистские задачи[51], а не стремятся понять, что же произошло в действительности в прошлом? как это прошлое причинно-следственно связано с настоящим? что оно уже успело посеять в будущее и что с этим посевом делать?
Тем не менее общественно-алгоритмически обоснованный ответ на вопрос: «что делать, чтобы общество развивалось в дальнейшем без смут?» — может быть дан именно на основе реконструкции характера коллективной психики общества, выражающей себя в течении событий.
***
Как заметил историк В.О.Ключевский, «прошедшее надо знать не потому, что оно прошло, а потому,что, уходя, оно не умело “убрать своих последствий”». По отношению к рассматриваемой нами проблематике это означает, что следы смуты рубежа XVI — XVII веков сохранились в той или иной форме доныне именно в коллективной психике общества — в его духе. Смысл последнего утверждения В.О.Ключевский выразил ещё в одном афоризме:
«Закономерность исторических явлений обратно пропорциональна их духовности».
А также он высказал два следствия из этого афоризма, одно из которых мы вынесли в заглавие настоящего раздела:
· «История не учительница, а надзирательница magistra vitae (наставница жизни): она ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков».
· «Мы гораздо более научаемся истории, наблюдая настоящее, чем поняли настоящее, изучая историю. Следовало бы наоборот».
Всё это, на что В.О.Ключевский обратил внимание, пояснено в Коране одной фразой: «Бог не меняет того, что происходит с людьми, покуда люди сами не переменят того, что есть в них (в другом переводе: покуда люди сами не переменят своих помыслов)», — сура 13:12.
Мысль В.О.Ключевского, которой он начал свою тетрадь афоризмов: «Закономерность исторических явлений обратно пропорциональна их духовности», — глубже, чем формальный математико-статистический анализ исторических хроник, которым занялись творцы «новой хронологии»[52], и является действительно ключевой для понимания истории и перспектив: какова духовность (нравственность, культура мышления, культура внешне видимого и внутреннего поведения людей, составляющих общество) — такова и текущая политика, которая с течением времени становится историей, таковы и исторические хроники, таковы и перспективы общества.
В науке термин «закономерность» понимается как повторяемость определённого явления при повторении (а равно искусственном воспроизведении) одних и тех же условий (обстоятельств) как внешних по отношению к структуре — носителю явления, так и внутренних её свойств.
И если духовность (как главное из присущих обществу свойств) неизменно одна и та же, а именно: «Сесть на шею ближнему и дальнему и, чтобы они ишачили, а Рыбка Золотая, чтобы была у меня на посылках», — на протяжении всех сменяющих одна другую глобальных и региональных цивилизаций, то и отличий между их историческими хрониками по существу не больше, чем между хрониками театральной жизни, описывающими постановку одной и той же пошлой трагедии театрами разных стран и в разные века: персонажи и действия одни и те же, разные только — актёры, художники сцены, декорации.
Кроме того в «театре жизни» есть и «осветители» (подчас, не просто «осветители», а «осветители-иллюзионисты»): в прошлом это — летописцы; в более близкое к нам время — мемуаристы; в наши дни — СМИ. Наличие этой категории «рабочих над сценой и около неё», многие из которых сами были «актёрами первых ролей» или «сценаристами и режиссёрами-постановщиками» трагедий, обязывает к необходимости увидеть не только то, к чему они привлекают внимание, но и то, от чего они внимание целенаправленно уводят, о чём «пробалтываются» по непониманию, или что освещают мимоходом в меру своего разумения, не придавая решающей значимости тем или иным событиям.
А проявления творческой свободы разработчиков политических сценариев, посвящённых в политические сценарии «режиссеров-постановщиков», «актёров», «осветителей»,— если они не ведут общество к праведности, — сдерживаются в данном случае Вседержительным авторским надзором Свыше (Коран, сура 13:12):
Бог не позволит обществу жить благодатнее, чем оно живёт, до тех пор, пока люди сами не выявят и не изживут нравственно-этические ошибки, свойственные культуре общества и воспроизводимые в нём в преемственности поколений[53].
А если общество к нравственно-этическим порокам, унаследованным от прошлого, добавит новые, — то жить оно станет ещё хуже[54], либо вообще исчезнет из истории[55].
***
В своё время один из лидеров белого движения А.И.Деникин назвал свою книгу воспоминаний “Очерки русской смуты”. Однако «менталитет» не только диссидентствующей интеллигенции позднего СССР, но и «менталитет» эмиграции первой волны не принял это определение по отношению к событиям 1917 г. и последовавшей гражданской войны. Более того, многие аналитики-эмигранты в 1920?е — 1930?е гг. признали в своих работах тех лет созидательную по отношению к развитию России роль большевизма. И далеко не все из них были завербованы ОГПУ-НКВД или опосредованно подкармливались советскими спецслужбами: просто они видели, как развивается СССР, и соотносили это с жизнью России в период империи и отношением к ней других стран — результаты сопоставления в целом по мнению многих из них были явно в пользу СССР, тем более — по итогам второй мировой войны ХХ века…
Не прижилось это определение по отношению к событиям 1917 — 1920 гг. и у нынешних приверженцев православно-монархического ренессанса.
Но наряду с этим по отношению к событиям, начиная с 1985 г. по настоящее время, на протяжении всего этого времени, если не политические аналитики, то журналисты временами пользуются метафорами и аналогиями, которые дал исторический опыт смуты рубежа XVI — XVII веков. Вспомните: «семибанкирщина», как современный аналог власти «семибоярщины»; «царь Борис» по отношению к Ельцину, хотя и не состоятельная фактам биографии и политической деятельности аналогия, но всё же — это обращения к памяти о смуте XVI — XVII веков. И такого рода метафоры входят в политический лексикон соответствующего периода исторического времени. Иными словами:
Есть нечто объективное, что не позволяет «менталитету» общества в событиях 1917 — 1920 гг. видеть некий аналог смуты рубежа XVI — XVII веков, но позволяет безсознательно указывать на аналогию событиям смуты рубежа XVI — XVII веков современных нам событий, начиная с 1985 г.
Чтобы увидеть это объективное, надо рассматривать исторически продолжительные интервалы времени — более тысячелетия. Тогда смута предстанет как процесс духовной жизни общества, а такие события как смутное время рубежа XVI — XVII веков, крах Российской империи и становление СССР, крах СССР и становление новой государственности нынешней «Россионии» предстанут как зримые въяве эпизоды, разделяющие разные фазы этого процесса.
История так распорядилась, а равно — наше время таково, что только один завершившийся полный цикл развития смуты как процесса духовной жизни пришёлся на письменный период истории, вследствие чего сопутствующие ему исторические события более или менее фактологически полно зафиксированы в письменных источниках, дошедших до наших дней.
Этот полный цикл развития смуты как процесса духовной жизни общества охватывает период времени от начала собирания земель под власть Москвы Иваном Даниловичем Калитой (стал князем московским в 1325 г.), а точнее — от получения его отцом князем Даниилом Александровичем[56] в удел Москвы до краха Российской империи и династии Романовых в 1917 г. Смутное время рубежа XVI — XVII веков в этом процессе разделяет две его фазы. Эти две фазы составляют полный цикл развития смуты как процесса духовной жизни общества и различаются между собой по вектору целей[57] государственности, действующей в каждую из фаз.
Если следовать этой периодизации полного цикла развития смуты как процесса, то мы сейчас живём на переходе от первой его фазы ко второй: смена одной государственности другой государственностью, отличающейся по её фактическим (а не декларативным) целям.
Если обратиться к полному циклу развития смуты, предшествующему в истории Русской многонациональной цивилизации циклу, на который пришлось смутное время XVI — XVII веков, то этот цикл завершился удельно-княжеской раздробленностью Руси в период «монголо-татарского ига» (либо «вассальной зависимости» удельных княжеств Руси от Золотой орды — соответственно тому, кто и как оценивает нашествие Батыя и последующие события на Руси в период ранее начала собирания земель Иваном Калитой). В этом цикле знаковым событием, отмечающим переход от первой фазы процесса развития смуты ко второй фазе, является крещение Руси в 989 г. Начало этого цикла и б?льшая часть его первой фазы принадлежат тому прошлому, о котором дошедшие до нашего времени русскоязычные письменные источники ничего не сообщают[58].
Т.е., по крайней мере по отношению к двум хронологически последним циклам смуты[59] можно поставить вопрос: Чем отличается государственность, возникающая и действующая в первой фазе полного цикла развития смуты, от государственности, возникающей во второй фазе полного цикла развития смуты?
Ответ — ПО ОТНОШЕНИЮ К ПРОШЛОМУ — получился таков:
· Государственность, возникающая в начале первой фазы полного цикла развития смуты, ориентирована на решение общецивилизационных задач и соответственно она является общенародной (конечно с учётом специфики культуры своего времени — в каждую эпоху народы разрешают проблемы своего времени).
Однако в процессе своего развития государственность “элитаризуется” и перестаёт быть общецивилизационной и соответственно — общенародной. “Элита”, обособившись от народа и накапливая в своей среде дурней[60] с неадекватным мировоззрением и миропониманием, с недоразвитым и нравственно извращённым интеллектом, утрачивает способность управлять этой общецивилизацинной государственностью в русле Промысла Божиего, но, желая сохранить свой монопольный потреблятский[61] статус в обществе, склоняется к измене народам цивилизации, ищет готовые рецепты решения своей задачи (сохранение “элитарного” статуса и воспроизводство его в последующих поколениях своих кланов) за рубежом. В конечном итоге на этом пути “элита” затевает смуту (отчасти сдуру, не предвидя последствий, а отчасти из эгоизма, игнорируя предстоящие бедствия), обрушивает общецивилизационную государственность, и создаёт свою государственность.
· Государственность, возникающая в начале второй фазы полного цикла развития смуты, ориентирована на удовлетворение в режиме «прямо сейчас» эгоистичных потребностей “элиты” за счёт окружающей среды, к которой “элита” относит и народ[62], и природу.
Поскольку обособившаяся от народа “элита” — как социальный слой в целом — дура, то её государственность и общество под её властью обречены на застой и отставание в развитии и от зарубежных конкурентов[63], и от предопределения Божиего, вследствие чего неизбежно приходит к краху, поскольку перестаёт решать задачи общественного развития даже по остаточному принципу.
Такой ответ на вопрос о различии государственностей первой и второй фаз полного цикла развития смуты многим представляется голословным и может показаться неадекватным жизни. Тем не менее можно вспомнить историю и посмотреть, какие задачи фактически были решены Российской государственностью в первой фазе прошлого полного цикла развития смуты в период от начала княжения в Москве Даниила Александровича до смерти Бориса Годунова. Если все детали вынести за скобки, то останется:
· Объединение русского народа из множества удельных княжеств в едином общем государстве, что качественно повысило безопасность жизни людей во всех бывших удельных княжествах.
· Интеграция в это государство — по существу на равных правах с этническими русскими[64], — соседних национальных обществ, включая общества, чьи правящие режимы до своего вступления в состав государства российского, были агрессивны по отношению к Руси, либо находились под властью иноземных режимов, проводивших политику на уничтожение самобытности их национальных культур. Это повысило безопасность жизни людей на территориях, прежде находившихся за пределами государства Русской многонациональной региональной цивилизации, за счёт ликвидации взаимно истребительных войн в пределах этого государства.
С точки зрения как труженика, так и воина — защитника справедливости (а не разбойника-грабителя) и то, и другое — благо для всех народов, оказавшихся в этом государстве.
Теперь обратимся к истории становления государственности СССР — государственности первой фазы нынешнего полного цикла развития смуты.
Как уже было отмечено ранее, события 1917 г. и их исторические последствия невозможно идеализировать в смысле «исключительно хорошо», либо в смысле «исключительно плохо» без того, чтобы не впасть в идиотизм. Это были многоплановые события, в которых одни и те же люди и со стороны белых, и со стороны красных (а подчас побывав на обеих сторонах и не по одному разу), успели проявить себя по-разному. При этом одним из аспектов событий тех лет было стремление воплотить в жизнь Христову заповедь: «Вы знаете, что князья народов господствуют над ними, и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть б?льшим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом…» Исторически реально:
· Для одних декларация стремления к этому идеалу, хоть и выраженному в других формулировках, действительно была пропагандистским прикрытием политики установления марксистско-интернацистской фашистской по её сути рабовладельческой корпоративно-клановой диктатуры на территории ликвидируемой ими в ходе глобализации Российской империи[65].
· Но для других — изрядной части простого люда многонациональной Русской цивилизации и убеждённых большевиков, включая Сталина[66], стремление осуществить этот идеал — стало смыслом жизни каждого из них. И этому идеалу они служили честно в меру своего понимания, отдавая ему десятилетия трудов и жертвуя своими жизнями в подвигах.
И вопреки усилиям первых — марксистов-интернацистов фашистов-глобалистов — христианско-большевистский идеал во многом был реализован к началу 1940?х гг. Доступ к высшему образованию и возможности личностного развития были открыты всем, чей личностный потенциал развития позволял освоить знания и навыки, развивать их, и кто был достаточно целеустремлён, чтобы преодолеть не столько политические барьеры (которые поддерживал клановый сословно-кастовый строй империи Романовых), сколько бытовые[67]. Образование открыло доступ к делу творческого служения благу народов страны и человечества миллионам, включая и представителей тех национальных культур, которые до 1917 г. были далеки от цивилизации и застряли — кто в глубоком феодализме и рабовладении средневековья, а кто — и в родоплеменном строе.
Если это не фактическая ориентация политики государства на служение общенародному благу, то что это?
Да, этому сопутствовали искренние ошибки и злоумышленные извращения политики строительства социализма и коммунизма. Но они не могут перечеркнуть и уничтожить глобальной историко-политической значимости происшедшего в Русской многонациональной цивилизации в период 1917 — 1953 гг.
Благодаря именно этой политике СССР стал к началу 1950?х гг. «Сверхдержавой № 2», с открытыми возможностями стать в перспективе единственной сверхдержавой, при условии следования в политике (внутренней, внешней, глобальной) заповеди Христа, отвергаемой церквями имени его: «Вы знаете, что князья народов господствуют над ними, и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть б?льшим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом…»
Однако этого не произошло, поскольку советское общество по-прежнему несло в себе алгоритмику смуты, которая породила кризис СССР и вызвала переход ко второй фазе полного цикла развития смуты как процесса.
К рассмотрению того, что принесло уничтожение государственности СССР народам Русской многонациональной цивилизации, мы обратимся после того, как посмотрим, что делала государственность, возникшая в прошлом полном цикле развития смуты в начале второй его фазы — в 1613 г., до своего краха в 1917 г.
Во внешней политике по инерции катились те процессы интеграции в состав государства Русской многонациональной цивилизации сопредельных народов, которые начались в период царствования Ивана Грозного, правления и царствования Бориса Годунова. При этом характерно то, что они успешно развивались в направлении Востока, где России могли противостоять только технико-технологически и организационно менее развитые культуры, нежели культура России.
В тех же направлениях, где этим процессам противостоял Запад прямо (объединение всех славян + этнически иных православных в одном государстве)[68], или из-за кулис (многовековая борьба непосредственно с Турцией)[69], династия Романовых и возглавляемое ею государство потерпело полный крах: в конце концов Российская империя как государство рухнула в борьбе именно против Запада, как региональной цивилизации.
Если говорить о причинах её краха, то они состоят в неспособности династии Романовых организовать опережающий по отношению к Западу общекультурный, научно-технический и организационный прогресс Русской многонациональной цивилизации в границах империи. Научно-технический и организационный прогресс в России в период их правления (если не считать российских самородков — исследователей и изобретателей, ни одного из которых режим не поддержал) — это импорт и перенятие достижений Запада в готовом к употреблению виде с запаздыванием от нескольких лет до полувека и более.
Освоение достижений Запада большей частью осуществлялось на основе привлечения иностранцев на службу в Россию, а не за счёт обучения (в том числе и за рубежом) «подданных» империи и создания государством возможностей для проявления и развития их творческого потенциала внутри страны.
От эпохи Романовых остались дворцы, парки, храмы, памятники, построенные большей частью иностранцами и безвестными крепостными. Изначальное назначение всего этого, ставшего нашим наследством, — за редкими исключениями, относящимися большей частью к другим видам искусства (литературе, музыке, театру) — создавать трудом простонародья повседневный комфорт “элите” и ублажать её гипертрофированное самомнение[70].
Если говорить об успехах Петра I и Екатерины II в области внешней политики, то их политика — исключение из общего характера правления династии Романовы. Их политика в противоборстве с Западом и в деле защиты России от его агрессии достигла успеха только за счёт игнорирования сложившейся ко времени их правления великосветской “элиты” России и вовлечения в дело новых людей, на момент начала ими карьеры, к высшему свету не принадлежавших[71], а также и привлечения иностранцев на русскую службу[72]. Т.е. они достигали успеха, когда строили свою кадровую политику в стиле более или менее общенародного, а не “элитарного” государства.
И в сопоставлении с их успехами во внешней политике, политика всех остальных Романовых в Западном направлении не привела ни к каким достижениям цивилизационного, общенародного характера, сопоставимым с достижениям на Востоке. Да и то, усилиями Петра I и Екатерины II с большим трудом удалось вернуть в границы России только издревле Русские земли. Народы же, которые к тому времени были порабощёны культурой Запада, так и остались в составе региональной цивилизации Запада; а те из них, кто оказался в результате некоторых успехов политики Романовых на Западном направлении в границах их империи, при крахе империи предпочли вернуться в лоно Западной региональной цивилизации.
Зато в паразитизме на народах России, и, прежде всего, — на русском народе[73], династия и “элита” преуспели: рабовладение в отношении своего народа под мало что говорящим названием «крепостное право» — это неоспоримое и главное достижение династии Романовых и “элитарной” государственности во внутренней политике.
Всё остальное в области внутренней политики — «царь-отец», «батюшка-барин», «слуга царю, отец солдатам» и т.п. — это не характеристики сословно-клановых взаимоотношений в жизни общества (хотя по отношению к каким-то частным случаям личностных взаимоотношений они могли быть вполне правомерны), а то, что ныне принято называть — «пиар», а в советские времена не менее презрительно называлось — «агитпроп»[74]:
Хотя беззастенчиво обнажённое рабовладение в юридических формах крепостного права было отменено, однако это было сделано уже на закате империи, только в 1861 г., и — как отмечалось ранее, — было это сделано не по доброте душевной “элиты”, а под давлением внешних обстоятельств. И спустя ещё продолжительное время о его отмене сожалели многие баре[75]. Здесь же в тему следует упомянуть, что тогдашний наследник престола — будущий император Александр III — был принципиальным противником отмены крепостного права.
Общая характеристика 300-летнего правления Романовых такова:
Во внутренней политике бюджетные средства и, с позволения сказать, «интеллект» “элиты” вкладывались прежде всего в обеспечение комфортного быта на всём готовом сам?й “элиты” и её роскошного досуга по принципу «подать прямо сейчас в готовом к употреблению виде»[76], и делалось это в ущерб развитию культуры всего народа и отвергало его творческий потенциал. По показателям грамотности населения, доступа к высшему образованию Россия была на последних местах среди великих держав XVIII — начала XX веков[77].
Чтобы на основе такой изначально “элитарно” эгоистичной политики, исчерпать Божие попущение, и придти к краху, — династии Романовых и возглавляемой ими “элитарной” государственности потребовалось 300 лет с небольшим.
Теперь обратимся к нашим временам. СССР рухнул. Ниспровергатели его государственности шли к власти под лозунгами ликвидации тоталитарной партийно-идеологической диктатуры, утверждения в жизни прав человека, демократии, свободы[78]. Что же получилось реально в жизни?
СССР распался, расчленив множество семей и, тем самым обездолив множество людей, прежде всего, — стариков. Вне Российской Федерации оказались земли издавна заселённые этническими русскими, которые стали людьми второго сорта или вообще неуместными пришельцами в постсоветских “демократических” государствах. Природные ресурсы России, оказались в частной собственности олигархов де?юре, либо стали как бы бесхозным (т.е. у них есть собственник, возможно корпоративный, но он предпочитает не афишировать себя). Её основные производственные мощности, которым есть, что дать на мировой рынок, также оказались в частной собственности олигархов. Остальные производственные мощности были уничтожены теми же олигархами, правительством недоумков младореформаторов и финансистами: либо за их ненадобностью для сложившейся мировой экономики, либо по собственному идиотизму реформаторов, не позволившему организовать конкурентоспособное управление даже в тех не сырьевых отраслях, которые в советскую эпоху были надёжными источниками валютных поступлений либо могли таковыми стать при выходе на мировой рынок[79]. При этом финансовая система страны из государственной — стала частной лавочкой (см. закон о Центральном банке РФ в его изначальном виде), а в силу разного рода долговых — прямых и опосредованных — обязательств, она стала во многом подконтрольна зарубежному капиталу. А главное — она стала инструментом осуществления финансового рабовладения на основе корпоративно организованного ростовщичества, «политкорректно» именуемого кредитованием под процент. Фактически подавляющее большинство населения страны в течение нескольких лет оказались невольниками системы финансового рабовладения, а те, кого принято считать «успешными» в ней, — являются разного рода надсмотрщиками в этой системе над теми, кому этой системой уготована участь рабочего быдла: таково назначение в ней разного рода менеджеров, предпринимателей (особенно средних и крупных), журналистов, идеологов и т.п. Государственность и многие сферы деятельности при этом стали кланово-“элитарными” по своему составу, с ярко выраженной тенденцией к наследованию потомками “элиты” социального статуса родителей без каких-либо оснований со стороны самих этих потомков: знаний, навыков, творческого потенциала, желания освоить знания и навыки — у многих потомков нет, но есть только унаследованные “элитарные” амбиции. Основная масса населения была опущена в нищету, и ей было предоставлено право безпрепятственно вымирать. Такие общественные институты как Наука, Образование, Здравоохранение стали быстро деградировать. Наука стала уделом тех, кто ей фанатично предан либо не смог из неё сбежать, объёмы производства нового знания как фундаментального, так и прикладного характера резко упали. Качество образования и здравоохранения, доступных большинству населения (особенно в сельской местности и вдали от Москвы и С-Петербурга), стало ниже всякой критики и ниже требований современности задач развития России. СМИ и развлекательно-зрелищные искусства, а также и система преподавания социологических (включая историю) дисциплин проводят политику оболванивания и растления подрастающих поколений.
На это есть возражения «агитпропа» нынешней государственности и самих руководителей реформ 1990?х гг.: Всё названное действительно имело или имеет место. Но это — временные бедствия, которыми пришлось заплатить за отсталость СССР, а теперь в результате реформ создана либерально-рыночная открытая экономика, которая в перспективе обеспечит благоденствие всем, как и в передовых странах Европы, Америки и Юго-Восточной Азии.[80]
***
Действительно, с начала 2000?х гг. положение в стране по внешней видимости вроде как стабилизировалось, жизнь населения, хозяйственная деятельность во многом налаживаются. И в контексте настоящей записки это приводит к вопросам:
· А изменилось ли качество государственности, возникшей в ходе уничтожения СССР и сразу проявившей себя в описанных социальных бедствиях 1990?х гг.?
· Либо есть хотя бы тенденции к изменению ею своего качества?
— тем более, что с начала 2000 г. декларации о благих намерениях режима и бизнеса произносят разные их представители, и режим оглашает разного рода программы, которые в соответствии с его заявлениями имеют назначение качественно улучшить те или иные стороны жизни общества?
***
По нашему мнению:
Все декларации представителей режима о том, что они, после того как страна пережила «трудные 90?е»[81], теперь после восстановления работоспособности государства, будут бороться с бедностью, совершенствовать систему социального обеспечения, систему образования, развивать науку и высокотехнологичные отрасли промышленности и инфраструктуры, чтобы Россия заняла достойное место в мире; что либерально-рыночная экономика России — это неоспоримое достижение, ради обретения которого все бедствия 1990?х гг. стоило перетерпеть, что она обязательно даст отдачу в виде благоденствия всего населения в ближайшее десятилетие и т.п. — представляют собой:
· либо пропагандистское прикрытие реально проводимой политики удовлетворения “элитарного” эгоизма в непрестанном (перманентном) «прямо сейчас» за счёт порабощения народов Русской цивилизации и с целю построения их рабского будущего в глобальной системе высокоцивилизованного рабовладения,
· либо выражают искреннюю благонамеренность тех или иных представителей ныне сложившейся государственности ПЕРСОНАЛЬНО, которую они намереваются реализовать в политике своею волей.
Что касается пропагандистского обеспечения изменнически паразитической по отношению к народам политики “элитарного” эгоизма, то чтение, слушание и анализ этого трёпа — пустая трата времени (это касается информационного продукта таких типов как Познер, Сванидзе, Веллер, Гмыза, Хинштейн, Соловьёв, а также и многих других).
А вот всё, что касается благонамеренности тех или иных политиков персонально и возможностей реализации ими благонамеренности в политике волевым порядком, то и здесь не следует обольщаться. Следует видеть:
· Никто из них не называет вещи своими именами, предпочитая говорить о проблемах общества и их преодолении на “элитарном” «политкорректном» слэнге (чтобы никого не обидеть или не напугать), однозначное понимание которого исключено (государственники поймут так, либералы-западники поймут с точностью до «наоборот» либо вообще не поймут — это показывает многомесячная полемика вокруг концепции «суверенной демократии»).
· Главная проблема, о которой умалчивается всеми публичными политиками без исключения (включая и приверженцев «суверенной демократии») — мотивация к добросовестному труду, которой ныне в обществе нет и не предвидится, поскольку её в политике нынешнего режима в общем-то ничто не взращивает[82].
Для добросовестной работы в системе производства на основе коллективного труда, сопровождаемого финансовым обращением, главный экономический стимул — прогрессивное снижение цен в процессе общественно-экономического развития.
Если цены растут быстрее, чем трудовые накопления в их номинальном выражении, то труженику нет смысла работать в этой системе, но есть смысл эту систему уничтожить и заменить другой, выражающей принцип прогрессивного снижения цен в процессе общественно-экономического развития.
И соответственно, если нет мотивации к добросовестному труду, то трудиться большинство будет качественно — кое-как и количественно — по минимуму, норовя при этом обмануть и работодателя, и потребителя, вследствие чего процветания общество достичь не сможет.
При этом замалчивание темы мотивации к добросовестному труду представляет собой один из рубежей защиты выстраиваемой в «Россионии» системы высокоцивилизованного финансового рабовладения, поскольку:
Если проблематика мотивации к добросовестному труду не обсуждается, то вместе с нею выводится из обсуждения и проблематика распределения продукции, производимой в системе многоотраслевого производства на основе коллективного труда. Соответственно выводятся из рассмотрения и вопросы о том: Почему семьи тех, кто работает в реальном секторе экономики обречены жить хуже, нежели те, кто паразитирует — как в спекулятивном секторе экономики, так и на сфере управления? Что именно поддерживает в обществе систему зависимости тружеников от разного рода корпораций паразитов и какие именно эти корпорации?
· Все политические партии и все политики персонально не высказывают никаких претензий к социологической науке в целом, и экономической науке в частности, на основе которой они строят свою политику или намереваются строить в будущем.
Все они — вне зависимости от своих политических деклараций[83]— опираются на одну и ту же науку, хотя и несколько по-разному её применяют. Но Наука — как система знаний, обоснования и воспроизводства практических навыков в разных сферах деятельности — представляет собой в одном из наиболее значимых аспектов самоуправления общества программирование общественного мнения по вопросам:
? объективного наличия или субъективно болезненной вымышленности проблем, стоящих перед обществом;
? возможности или невозможности постановки задач по разрешению проблем, которые признаются наукой «объективно существующими»;
? средств и путей решения задач, которые признаются ею решаемыми.
Сама по себе эта специфическая роль науки как системы программирования общественного мнения уже ограничивает общество в развитии, а политиков — в дееспособности. Но это положение усугубляется ещё и тем, что социология, включая и экономическую науку, в Россию импортирована с Запада.
При этом на Западе социология и экономическая наука не развивались свободно, а целенаправленно культивировались для решения задачи обеспечения надгосударственной анонимной по её видимости власти над государствами и обретающимися в них национальными и многонациональными обществами[84].
По существу это означает, что политическая воля действительно благонамеренных политиков возникшей после уничтожения СССР «Россионии» не может быть реализована ни ими единолично на основе освоенного ими образования, ни посредством их волевого воздействия на управленческий корпус и патриотически ориентированных предпринимателей, поскольку и их миропонимание, и управленческие навыки (в том числе и в сфере экономики) сформированы системой образования, сложившейся на основе социологической науки, пришедшей в Россию с Запада в XVIII — XX веках[85]. Назначение этой социологической науки — решать другие задачи: 1) задачу порабощения всего человечества некой олигархией и 2) задачу поддержания рабовладения в высокоцивилизованных формах представительной демократии западного образца, которые фактические невольники под одуряющим воздействием этой науки должны воспринимать в качестве воплощённого идеала истинной свободы и справедливости.
Поэтому, если развитие нынешней государственности России предоставить ей самой, а по существу — предоставить “элитаризовавшимся” кланам, которые убеждены исключительно в своём праве вершить судьбы общества, и которые являются основой кадровой базы корпуса не мелких чиновников, а политических деятелей и крупного бизнеса, — то возникшая в ходе уничтожения СССР государственность повторит путь государственности, возникшей в 1613 г. Вопрос только в том: В течение какого срока астрономического времени, она, исчерпав Божеское попущение паразитировать под предлогом неясности путей развития и их поисков, будет сметена?
Что касается неясности путей развития и их поисков, то разговоры представителей постсоветской “элиты” (политиков, учёных, журналистов и т.п.), ведущиеся на протяжении последнего десятилетия на тему «Национальной идеи»[86], которая должна прояснить эти вопросы, — уже давно похожи на оргазм импотента, зависшего в изощрённейшем онанизме: ему «в кайф» до утраты чувства реальности, — но к рождению новой жизни это занятие не ведёт. В качестве иллюстрации приведём выдержку из статьи главного редактора “Московских новостей” В.Т.Третьякова “Сурков: Философ против Администратора”, опубликованной в его газете 22.11.2006 г. Эта статья посвящена выступлению в журнале “Эксперт” зам. главы Администрации президента РФ — В.Ю.Суркова “Национализация будущего”. В.Т.Третьяков пишет:
«Весь текст Суркова — внутренняя, но открытая внешнему миру борьба Философа с Администратором. Или наоборот.
Пока ещё падкая на имя и тексты Суркова российская пресса не отреагировала на программный текст Владислава Юрьевича. Даже главные телеканалы ничего о нём не сообщили (или я не заметил?). А поговорить есть о чём. Но разговор это долгий и степенный — пока нет времени его заводить (Выделено нами при цитировании: у них всегда нет времени на то, чтобы заняться действительно полезным делом). Надеюсь, что уже в ближайшем номере «МН» кое-что на сей счёт я опубликую. Пока же одна ремарка: административным ли напором, романтическим ли порывом, но Владислав Сурков выколачивает из нашего интеллектуального и полуинтеллектуального класса национальную идеологию. Почти в одиночку. И это при 4 тысячах членах Российского философского общества. Вот бы поставить его во главе этого общества — не лишая, естественно, нынешней должности. Глядишь, и русская философия вновь бы народилась».
Если бы у этих официально зарегистрированных “философов”, относимых многими к “интеллектуальной элите общества”, было за душой хоть что-то помимо страсти к графоманству, неумения и нежелания работать созидательно[87], то они уже давно изложили бы «Национальную идею», опубликовали бы её в научных монографиях и множестве статей, внесли на рассмотрение политсоветов всех политических партий, в Администрацию президента и в Государственную Думу и вели бы обсуждение в обществе. Но этого нет: заняты чем-то другим, более важным — что бы это такое могло быть?
Также и текст самого В.Т.Третьякова показателен в том смысле, что и ему предпочтительнее ходить вокруг да около темы «Национальной идеи», как ходит кот вокруг закрытой банки со сметаной… только в отличие от кота, которому, чтобы насытиться, надо забраться в банку, В.Т.Третьякова и ему подобных “интеллектуалов” такого рода хождение «вокруг да около» кормит на протяжении многих лет. Поэтому если 4 000 упомянутых им интеллектуал-импотентов, а также и журналюг, пишущих на эту тему, плюс к ним руководство социологического отделения РАН трудоустроить в дорожном строительстве с лопатами — общество наконец-таки получит от них хоть какую-то реальную пользу. Но сами они назовут такой шаг государственной политики «репрессиями», «подавлением свободы слова», массовым уничтожением учёных кадров и научных школ, а также и важнейшей отрасли науки.
Однако все такого рода утверждения будут ложью, как и возможные самооправдания в отсутствии отдачи от их философии и социологии. В отличие от ядерной физики, молекулярной биологии, разработки высоких технологий, социология, хотя и является фундаментальной наукой, для своего развития не требует вложения больших финансовых и материальных ресурсов.
***
Для развития социологии и получения реальной пользы обществом от этой науки, быт социолога, конечно, должен быть обеспечен хотя бы по минимуму обществом либо самим социологом; если этот минимум обеспечен (а он обеспечен), то со стороны социолога необходимы:
1. Желание выявить назревшие и возможные проблемы в жизни общества и найти пути их разрешения.
2. Личностная культура психической деятельности, включающая в себя волю, обеспечивающую власть над умом-разумом и осмысленно целесообразное поведение в жизни, включая и поиск информации, необходимой для дальнейшего развития науки.
3. Информированность.
4. Время для работы.
5. Средства фиксации результатов на носителях информации и доведения результатов до сведения остального общества:
? по максимуму — это готовность издательств печатать произведения достаточно массовыми тиражами и готовность федеральных и мировых СМИ обсуждать эти произведения;
? в среднем — это компьютер и средства доступа в интернет;
? по минимуму — чернила, авторучка, бумага.
Всё перечисленное представлено в порядке убывания значимости в процессе получения научного результата: т.е. если первого нет — всё последующее безполезно.
Если есть 3?е, 4?е, 5?е, но нет 1?го и 2?го, то отдачи от вложений в развитие социологии не будет.
***
Если же соотноситься с реальностью наших дней, то все философы, социологи, журналисты и политики, признаваемые в среде “элиты” в качестве таковых, и все прочие, рассуждающие на тему «Надо бы выразить Национальную идею», судя по результатам не имеют за своими душами именно 1?го — желания выявить и разрешить проблемы, и 2?го — личностной культуры психической деятельности, позволяющей получить полезный для развития общества в целом результат.
Что касается 3?го, 4?го, 5?го, — то этого им предоставлено в количествах более, чем достаточных. Также и обеспечение быта в их семьях в своём большинстве тоже лучше, чем в умирающих рабочих посёлках при убитых реформаторами в 1990?е гг. градообразующих предприятиях в глубинке России и на селе в бывших колхозах и совхозах. Т.е. за те 10 лет, что ведутся разговоры о необходимости «Национальной идеи как основы для сплочения общества и его дальнейшего развития», — вполне можно было предоставить результат. Однако результата нет…
Это означает, что из голов подавляющего большинства представителей отечественной интеллектуальной и политической “элиты” — даже при помощи пытки палкой и верёвкой[88] — не удастся выдавить ни единой мысли на тему «национальной идеологии», разве что вылезет нечто, подобное следующему: “Мы — делаем очень высокую науку и высокую политику. Они так запредельно сложны, что вам (тупицам и грубиянам — это подразумевается) этого не понять[89]. И поскольку обществу и государству без этого жить невозможно, мы в праве на преимущественное удовлетворение наших потребностей на уровне, достойном интеллектуального цвета нации, и вы обязаны обеспечить нас всем необходимым, — иначе без нашего правления и нашей науки вы же и пропадёте…”
Но согласитесь, что это — не национальная идеология, а выражение корпоративного паразитического эгоизма в режиме шантажа всего общества. И чтобы прекратить этот разгул паразитизма под видом социологической и экономической науки и делания политики, необходимы:
· видение этой проблемы действующими политиками и журналистами;
· политическая воля, направленная на её разрешение.
Но у “элиты” в целом нет ни того, ни другого. Однако и никто из её представителей персонально не явил понимания существа этой проблемы и не предпринял никаких действий к её разрешению в интересах развития Русской многонациональной цивилизации.
Наряду с этим социологические концепции, которые направлены на искоренение такого рода системно организованного “элитарного” паразитизма в государственных и глобальных масштабах, как показывает более чем 10-летний опыт распространения материалов Концепции общественной безопасности, “элите” противны. Поэтому в отношении них проводится политика систематического замалчивания: Н.А.Нарочницкая, В.Т.Третьяков и многие другие представители “элиты” ведут себя так, будто ничего не знают о том, что альтернатива отсутствию «национальной идеи» в её сугубо “элитарной” версии в обществе была выражена даже раньше, нежели “элита” примерно лет 10 тому назад начала говорить о необходимости «Национальной идеи» для развития страны[90].
Поэтому на “элиту” постсоветской «Россионии» людям уповать было бы просто глупо…
Идея, движущая развитием Русской многонациональной цивилизации, не может быть эхом сумбурного хора «национальных идей» государств Запада — «Что вся прочла Европа, нет н?жды вновь беседовать о том!» (А.С.Пушкин, “Домик в Коломне”).
Но 200 лет без малого — это слишком короткий срок для того, чтобы российская “элита” при её «умище», могла бы понять правоту А.С.Пушкина. Кроме того, А.С.Пушкин куда глубже: Европа прочла, но кто написал? — это осталось в умолчаниях…
Василий Осипович Ключевский (1841-1911) вошел в нашу историю как выдающийся ученый и талантливый педагог. Автор книг “Курс русской истории”, “Сказания иностранцев о Московском государстве”, “Древнерусские жития святых как исторический источник”, “Боярская дума древней Руси”, статей по истории, филологии и педагогике. Научные труды великого историка и гражданина внесли огромный вклад в развитие исторической науки и не потеряли своего значения и новизны в наше время. “Меня отпевают и даже готов мне памятник. Но я еще не умер и даже не собрался умирать. Напротив, я жить хочу или по крайней мере долго умирать, но не скоро умереть”.
“Наша история идет по нашему календарю: каждый век отстаем от мира на сутки”.
Будущий историк родился в 1841 году в семье приходского священника. В 1861 году Ключевский приехал в Москву и был зачислен на историко-филологический факультет Московского университета. С этого времени и до конца жизни он практически не покидал Москву. Можно только удивляться огромной работоспособности Ключевского. В период своей научной деятельности ученый читал лекции в Московском Александровском военном училище, в Московских Высших женских курсах, возглавлял кафедру в качестве приват-доцента (позже профессора) русской гражданской истории церковно-исторического отделения Московской духовной академии в Сергиевом Посаде. Позже Ключевский становится профессором Московского университета. Кроме того, в 1893 году он повелением Александра III преподавал историю сыну императора Георгию и возглавлял Общество истории и древностей российских при университете.
В юбилейный год 160-летия со дня рождения и 90-летия со дня смерти великого ученого полезно и поучительно обратиться к его наследию. Но не с точки зрения его заслуг в исторической науке – они давно и высоко оценены и признаны в стране и за рубежом. Уделим внимание важным выводам ученого, касающимся развития современной России, его предвидениям. Это тем более интересно, что Ключевский, как и мы, жил в период смены веков.
Как преподаватель Ключевский пользовался необычайной популярностью среди студентов. Его лекции были событием для слушателей. И это естественно, так как он следовал в педагогической работе важному правилу, которое сам и сформулировал: “Чтобы быть хорошим преподавателем, нужно любить то, что преподаешь, и любить тех, кому преподаешь”. Ведущий лектор четырех высших учебных заведений Москвы, он еще принимал участие и в политической жизни империи. В 1905 году участвовал в работе комиссии по пересмотру законов о печати и по проекту учреждения Государственной думы и ее полномочий. Ключевский, разделяя либеральные взгляды, вступил в партию кадетов и неудачно участвовал в выборах в I Государственную думу.
По своим политическим взглядам, как мы видим, он был либералом. Однако лидер кадетов П.Н.Милюков отмечал, что Ключевский был ближе к демократически-народническому течению. Вероятно, ученый был сторонником нейтралитета по отношению к политическим направлениям в общественном движении России того времени. Знакомство в студенческие годы с Н.А.Ишутиным и членами его кружка, сочувствие идеям Н.Г.Чернышевского и Н.А. Добролюбова не мешало ему принимать участие и в либеральном движении. Он видел недостатки политических сил, вступивших в борьбу между собой в начале века. От него доставалось всем. “Чтобы согреть Россию, они готовы сжечь ее”, – характеризовал он революционный лагерь. В либеральном движении отметил, что “…либеральные дураки… недовольны всем настоящим, а прошлое ругают за то, что не похоже на настоящее”. О политических партиях начала XX века он отзывался почти в духе нашего времени: “У нас политические партии – не порядки убеждений или образы мыслей, а возрасты или экономические положения”.
Большой вклад внес ученый в педагогическую науку, сформулировав главное условие успешного воспитательного и образовательного процесса, которое не устарело и сейчас: “семья и школа – не сожительницы и не соперницы; это – соседки и сотрудницы”.
Отдавая приоритет решению экономических вопросов, государственная власть забывает о важной функции государства – воспитательной. С точки зрения Ключевского, общество и власть должны приучить народ к трезвости, к правильному труду, производительному употреблению своих сил, к бережливому пользованию дарами природы, умелому ведению хозяйства, к сознанию своего гражданского долга, к пониманию своих прав и обязанностей. Как видим, задачи в этой области за сто лет практически не изменились, особенно поставленная ученым на первое место трезвость.
История как наука о прошлом изучает прежде всего события прошедшего: “Природа рождает людей, жизнь их хоронит, а история воскрешает, блуждая по их могилам”. Но Ключевский считал, что воскрешение прошлого своими выводами должно иметь практическое значение и иметь потребность для жизни общества: “историческое сознание дает обществу, им обладающему, тот глазомер положения, то чутье минуты, которые предохраняют его как от косности, так и от торопливости”. Ученый предостерегал, что “история не учительница, а надзирательница… она ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков”. За незнание уроков истории, за попытки ее переписать в угоду политическим потребностям власти мы были жестоко наказаны в XX веке. Но и это ученый предвидел. Он записал в своем дневнике: “Наше будущее тяжелее нашего прошлого и пустее настоящего”.
Прошедшее надо знать не потому, что оно прошло, а потому, что, уходя, оно не умело “убрать своих последствий”. Не осознав этого значения истории, мы вновь обречены делать роковые ошибки и платить за них страшную цену… Замечателен по своей краткости и точности рецепт Ключевского нормального и эффективного развития российского общества: “Изучение нашего прошлого небесполезно – с отрицательной стороны. Оно оставило нам мало пригодных идеалов, но много поучительных уроков, мало умственных приобретений и нравственных заветов, но такой обильный запас ошибок и пороков, что нам достаточно не думать и не поступать, как наши предки, чтобы стать умнее и порядочнее, чем мы теперь”.
Сторонник проблемного подхода в изложении русской истории, Ключевский с помощью анализа прошлого и настоящего имел возможность довольно точно заглянуть в будущее. В 1905 году, в годовщину основания университета, Ключевский произнес пророческие слова: “Николай II – последний царь. Алексей царствовать не будет”. Удивительны по своей точности афоризмы Ключевского, которые мы находим в его дневниках:
“Пролог XX века – пороховой завод. Эпилог – барак Красного Креста”.
“Впредь будут воевать не армии, а учебники химии и лаборатории, а армии будут нужны только для того, чтобы было кого убивать по законам химии снарядами лабораторий”.
“Богатые вредны не тем, что они богаты, а тем, что заставляют бедных чувствовать свою бедность. От уничтожения богатых бедные не сделаются богаче, но станут чувствовать себя менее бедными”.
“Светские люди – это класс общественных трутней, откармливаемый рабочим людом сначала для потехи, а потом на убой”.
“Деспотизм кулака и деспотизм ласковой улыбки – к одинаковым результатам”.
“Творцы общественного порядка обыкновенно становятся его орудиями или жертвами, первыми – как скоро перестают творить его, вторыми – как скоро начнут его переделывать”.
“Великорус – историк от природы: он лучше понимает свое прошедшее, чем будущее. Он умнее, когда обсуждает, что сделал, чем когда соображает, что нужно сделать”.
Знакомясь с размышлениями Ключевского, приходишь к мысли, что за сто лет сущность государственной власти у нас не изменилась. В 1891 году ученый указал на особенность российской государственности, которая, к сожалению, сохранилась и в начале XXI века: “Всякое общество вправе требовать от власти, чтобы им удовлетворительно управляли, сказать своим управителям: “Правьте нами так, чтобы нам удобно жилось”. Но бюрократия думает обыкновенно иначе и расположена отвечать на такое требование: “Нет, вы живите так, чтобы нам удобно было управлять вами, и даже платите нам хорошее жалованье, чтобы нам весело было управлять вами; если же вы чувствуете себя неловко, то в этом виноваты вы, а не мы, потому что не умеете приспособиться к нашему управлению и потому что ваши потребности несовместимы с образом правления, которому мы служим органами”. Или сравните запись Ключевского в 1898 году и события в России 1998 года: “Россия на краю пропасти. Каждая минута дорога. Все это чувствуют и задают вопросы: что делать? Ответа нет”.
Проблема бюрократии в России и сейчас стоит очень остро. Власть пытается изменить чрезмерную и неэффективную бюрократическую систему, но с помощью самих чиновников. При этом низкая зарплата деятелей науки, искусства, образования, когда “служебное жалованье превращается в государственную милостыню голодающим”, неверно связывают с волей высших чиновников. По мнению Ключевского, в этом виноваты приоритеты и ценности власти: “Труд ценится дорого, когда дешевеет капитал. Ум ценится дорого, когда дешевеет сила”.
Российская государственная система, пассивная и неповоротливая, критиковалась Ключевским. Ученый отмечал, что наша государственная машина приспособлена к обороне, а не к нападению. Мы сильны только тогда, когда пассивно отбиваемся, “наша храбрость увеличивается тем, что, испугавшись, мы не скоро собираемся бежать. Мы точно тяжеловооруженный рыцарь средних веков”. Недостаток гибкости, инициативы, предусмотрительности делает наше государство уязвимым, поэтому “нас победит не тот, кто рыцарски правильно атакует нас с фронта, а кто из-под брюха лошади схватит нас за ногу и перекувырнет: как таракан, опрокинувшийся на спину, мы, не теряя штатного количества наших сил, будем бессильно шевелить ногами, ища точки опоры”. Не правда ли, точная характеристика ситуации, допустим, на Северном Кавказе?! Когда Российская Армия вела бои с террористами, открыто противостоящими федеральным силам, были победы. Но стоило только боевикам перейти к тактике партизанской войны, как государственная машина стала “бессильно шевелить ногами, ища точки опоры”, заявляя об очередном этапе антитеррористической операции Российских Вооруженных сил.
Вступая в новый век, мы наивно полагаем, что Россия – “белый лист”, куда можно написать все что угодно, что можно проводить любые реформы, не учитывая прошлого страны и народа. Хочется верить, что наследие Ключевского заставит нас задуматься не только о нашем прошлом, но и настоящем. Иначе, вступая в новый век, мы всегда будем характеризовать наше настоящее цитатой из Ключевского.
Андрей ИГНАТОВ
